Книга Никто, кроме тебя, страница 68 – Алиса Селезнёва

Набравшись храбрости, я наконец заглянула под одеяло. Живот покрывали пластыри и бинты. Боль почти не чувствовалась, и я списывала это на действие обезболивающего.

Ещё минут через десять в палату заглянула Варя и сказала, что по истечению трёх часов с момента выхода из наркоза можно будет попробовать встать, но, чтобы избежать обморока, делать мне это придётся в присутствии лечащего врача. В панике я закуталась в одеяло до подбородка и попросила соседок отыскать в моей наспех собранной сумке пижаму. Как назло, там оказалась серая футболка с ненавистным рыжим котом и той самой надписью.

Роман вошёл в палату ровно через три минуты после того, как я с трудом закончила натягивать шорты. Как всегда, спокойный, решительный и серьёзный. Белый халат был застёгнут на все пуговицы, и только в самом низу виднелись те самые чёрные джинсы, в которых он пришёл за шуруповёртом.

— Как Вы себя чувствуете, Светлана Владимировна? – произнёс он, и внутри меня всё похолодело. Роман впервые обращался ко мне на «Вы» да ещё и использовал отчество.

— Нормально, – будничным тоном произнесла я. В эту минуту я бы сказала «нормально», даже если бы меня переехал асфальтоукладочный каток.

— Голова не кружится? Тошнота? Рвота?

Я покачала головой, не в силах поднять на него глаза.

— Хорошо, Попробуем встать. Только медленно.

Откинув одеяло, я сделала глубокий вдох и, держась за тумбочку, сначала села на кровати, а потом аккуратно поднялась. Ноги у меня задрожали, голову снова закружило, но, вытащив наверх всю силу воли и гордость, я заставила себя устоять на месте. Упасть при нём сейчас было бы верхом унижения.

Не знаю, заметил ли он проклятого кота на футболке, но даже, если и заметил, реагировать никак не стал. В стенах этой палаты он был доктором и, похоже, другое амплуа примерять не собирался.

— Хорошо. А теперь немного отдохните и можете выйти. Только не торопитесь. Надо сходить в туалет и запустить работу почек.

Я кивнула.

— Ужинать Вам можно. Возьмите кисель и жидкую кашу. У Вас первый стол. Сегодня и завтра душ лучше ограничить. Перевязку сделают завтра и несколько дней поколют обезболивающее и антибиотики.

Всё так же глядя в пол, я снова кивнула.

— Если будут какие-то жалобы, говорите медсёстрам. Всего доброго, выздоравливайте.

Я вышла, как только он покинул палату. Неторопливо, всё так же держась за стену, прошлась по коридору и доползла до туалета. Мне повезло. Он находился неподалёку. Напротив кабинета Романа, но чуть левее.

Аппетит к вечеру не вернулся, поэтому на ужин я взяла только кисель. Жидкая субстанция в виде рисовой каши на воде вызвала во мне новый приступ тошноты, из-за которого я решила не рисковать и просто захватила с собой в палату кружку кипячёной воды на случай, если ночью захочется пить.

Перед отбоем в палату снова заглянула Варя. Она принесла градусники. Одна из моих соседок, та, что постарше, в это время вышла в туалет, а та, что помоложе, смотрела в наушниках фильм по ноутбуку.

— Скажите, – спросила я Варю, когда та протянула мне градусник, – а Нина Владимировна – это врач, которая принимала меня утром?

— Нет. Это была Осипова, – на секундочку Варя задумалась, приложив к губам указательный палец, – Изольда Константиновна. Нина Владимировна – другая.