Книга Секрет королевы Маргарет, страница 64 – Алиса Селезнёва

Разломив печать, я не поверила собственным глазам:

«Возлюбленная дочь моя Мэгги! Король позволил нам с твоим отцом приехать в Элиадор. Жди нас в начале июля».

____________________________________________

* Марию-Антуанетту обвинили в государственной измене и гильотинировали 16 октября 1793. В январе того же года на этой же площади был казнен ее супруг - король Франции Людовик XVI. После этого Франция стала республикой.

К вести о приезде Джульетты Мейлор я отнеслась философски. В начале июля, так в начале июля. Хотя бы узнаю, кого же мне так сильно следует опасаться. Если честно, то я напрочь забыла поговорить с королём о той её маленькой просьбе насчёт посещения столицы летом, а значит, она нашла лазейку сама либо воспользовалась помощью Джозефа и Энтони. Что ж… Пусть едет. На это я мысленно махнула рукой. В последнее время неприятности без конца сыпались на мою голову, поэтому я дала себе слово решать проблемы по мере их поступления.

Сейчас на первом месте у меня стоял фонд. Я мечтала сделать всё честь по чести: завести книгу учёта, выбрать президента, секретаря и казначея, назначить дни собраний и обсудить план действий. Идеи так и крутились в моей голове и иногда даже складывались во вполне упорядоченный ряд. Дамы, к счастью, на меня мужьям не нажаловались. По крайней мере, король не вбежал в мои покои с красным от гнева лицом и трясущимися кулаками. Напротив, за ужином он был, как никогда, любезен, самолично передал мне тарелку с фруктами и даже налил в мой бокал вишнёвой настойки. Я поблагодарила его, но на большее не поощрила. Для него я по-прежнему чувствовала себя плохо. Сесилии за ужином не было. Как и договаривались, она притворилась больной. Леонард вполголоса разговаривал с казначеем Оэренсом, я молча водила взглядом по тарелкам и лицам придворных и несколько раз встретилась глазами с сэром Филиппом. Он будто специально смотрел сегодня только на меня, и я боялась, как бы завтра это ни привело к ненужным сплетням.

«Может, и правда женить его на Сесилии?» – вдруг подумала я и чуть не откусила себе язык. От одной только мысли об их свадьбе мне сделалось дурно, и я тотчас обругала себя последними словами. О сэре Филиппе в таком ключе мне думать было нельзя. Во-первых, потому что я снова поверила в Абигейл и надеялась вернуться домой, а там в двадцать первом веке встретить мужчину, хоть отдалённо похожего на рыцаря без страха и упрёка, мне точно не светило. А во-вторых, здесь я как бы замужем за королём, и малейший флирт с другим мужчиной может стоить мне жизни.

И головой я отлично это понимала, но с глупым сердцем совладать не могла. Мысленно я снова и снова возвращалась к сэру Филиппу. Если не думала о фонде, доме или Колине, то непременно вспоминала его и перебирала в уме возможные причины его одиночества. Ну вот правда, почему сэр Филипп не женится? Неужели по-прежнему тоскует по умершей жене? Ответов на эти вопросы я, естественно, не находила и только сильнее к нему привязывалась.

Однако с фондом и средствами на него нужно было что-то решать, поэтому, собрав в носовой платок обручальное кольцо Сесилии, брошь Филиппы Бецворд и один из своих кулонов, я отдала всё Розе и, написав короткую записку, попросила пристроить их сэра Филиппа. Ему я доверяла безоговорочно и понимала, что с продажей украшений он справится намного лучше моей служанки, хотя бы потому, что знает нужных людей. Продавал же он кому-то выкупы с турниров – значит уладит и этот вопрос.