Книга Секрет королевы Маргарет, страница 43 – Алиса Селезнёва

______________________________________________________

*Ристалище – площадь для конных состязаний, а также само рыцарское состязание.

После победы Филиппа Рочестера общий запал зрителей заметно поубавился. Анна зевала, Леонард постоянно цокал и прочищал горло. Оставшиеся пять групповых сражений все смотрели вполглаза. Победителей оказалось несколько, и в конце провели ещё один парный поединок, но бесспорным фаворитом всего турнира судьи единогласно объявили главного телохранителя моего мужа. Его нахальная выходка с уздой произвела настоящий фурор. Восторженная Анна шептала, что он на её памяти проделал такое впервые. Сесилия вообще краснела как маков цвет. Все были довольны. И все были поражены.

Я бы и сама ещё долго думала о победе сэра Филиппа, если бы во время предпоследнего группового состязания двое рыцарей не выкрикнули моё имя и не помахали рукой. Признаться, такой поступок меня оскорбил, и я откинулась на спинку кресла, не желая смотреть нахалам в лицо. Леонард издал короткий смешок и толкнул меня локтем в бок.

— С каждым днём ты становишься всё заносчивее, Маргарита. Теперь и братьев родных знать не хочешь?!

От досады я прикусила губу и поспешила исправить положение улыбкой. Вот ведь чёрт, точно! Энтони и Джозеф! Леонард же предупреждал, что пригласит эту парочку на турнир, заверяя меня в их исключительной верности. На всякий случай я оглянулась и посмотрела по сторонам, надеясь заметить сестёр и родителей. Впрочем, ничего толкового из этого не вышло. Во-первых, я бы всё равно никого не узнала, а, во-вторых, Джульетта Мейлор писала на днях, что «мой» отец и Агнесса попали под дождь и сильно простудились, отчего решили не рисковать здоровьем и остались дома. Всем остальным членам семьи пришлось последовать их примеру. Правда, «мать» просила разрешение навестить меня летом. Ответ на этот вопрос я ей пока не дала, желая на всякий случай согласовать его с Леонардом, чтобы потом не остаться крайней.

Ход моих мыслей прервал один из судей, который дал новую отмашку. Пятое по счёту сражение было особенно яростным. На этот раз я внимательно следила за лошадиными попонами и перьями на шлемах. Дрались Джозеф и Энтони так, будто от этого и правда зависела их жизнь. Выступали они в одной команде и вскоре одержали победу. По традиции каждый из них снял шлем, и я, пользуясь случаем, хорошенько рассмотрела обоих. Первый был высоким, кареглазым и таким же темноволосым, как Маргарет. Второй казался заметно ниже, но крепче. Волосы у него были светлыми и длинными, глаза – голубыми и глубоко посаженными, на верхней челюсти не хватало двух передних зубов.

Эх, знать бы ещё: кто из них кто? Широко улыбнувшись, я помахала вышитым платком и выкрикнула их имена. Оба тут же приосанились и улыбнулись мне также широко и дружелюбно. Мой зов, однако, разделили немногие. Братьям Мейлор рукоплескали далеко не так громко и восторженно, как сэру Филиппу. Пригорюнившись, я вновь связала это с отношением населения к королеве Маргарет и решила во что бы то ни стало поговорить с обоими. Благо сидящая рядом Анна призналась Сесилии, что с ума сходит от лазуревых глаз Джозефа Мейлора.

Ну, а дальше всё опять пошло так, как обычно показывали в исторических фильмах. Турнир плавно перетёк в попойку, а особенно отличившихся пригласили на грандиозный пир в большом зале Уилбриджхолла. Королевские охотники загнали кабана, и все жадно принялись уплетать запечённую свинину на вертеле. Очередной пост закончился только позавчера, и придворные наравне с рыцарями жутко соскучились по мясу.