Книга Плохиш для хорошей девочки, страница 44 – Алиса Селезнёва

– Ольга Викторовна написала. Тренировка в семь.

Никита, одетый в джинсы и синюю футболку, стоял на пороге. Губы его были сжаты. Чёрные глаза по привычке сужены, а брови сведены к переносице.

Пальцы Данила потянулись к руке Агаты и переплелись с её пальцами. Он двинулся чуть вперёд и загородил её своим плечом от Никиты. Агата с удивлением посмотрела на одноклассника, но сказать что-либо не решилась. Она уже давно забыла про их маленький обман, а вот Данил почему-то помнил и поглядывал на её партнёра по танцам с каменным выражением лица.

– До вечера. Не опаздывай. –Пройдя мимо, Никита как будто нарочно задел Данила локтём. Тот дёрнулся, но руку Агаты не отпустил. И, когда Никита скрылся из виду, она первой высвободила пальцы.

– Всё в порядке. Он меня больше не обижает. Мы ладим. Правда, ладим. Но всё равно спасибо.

Агата не обманывала. Их отношения с Никитой после соревнований в Оренбурге действительно наконец-то стали деловыми и здоровыми. Видимо, она всё-таки хоть немного да умела договариваться с людьми.

— Я рад. – На этот раз в голосе Данила улыбка не прозвучала.

Анна Георгиевна, закончив телефонный разговор, незаметно подошла к ним и открыла захлопнутую Никитой дверь.

– Мне надо переодеться. –Словно извиняясь, Агата опустила глаза и потёрла носком туфли пол.

– Я тебя подожду.___________________________________________

В главе были использованы стихи Сергея Алиханова, написанные к незабываемой мелодии из кинофильма «Мой ласковый и нежный зверь». Музыка Евгения Дога.

– Сейчас мы выступаем в возрастной группе «юниоры», но, как только Никите исполнится шестнадцать, сразу перейдём в «молодёжь».

– И когда ему исполнится шестнадцать?

– Нескоро. Он всего на семнадцать дней старше меня. Родился четырнадцатого февраля. В день всех Влюблённых, представляешь?

– Представляю. Всё-таки февраль – поганый месяц.

– Ага, мама также говорит. Но она, конечно, больше знак зодиака в виду имеет. Водолеи –противные. Хуже их только Весы. Одним словом – воздух. Правда, Никите эта стихия не подходит. Он обеими ногами на земле стоит и твёрдо знает, чего хочет.

– И чего же он хочет?

– Танцевать! У него во время танца так глаза горят, что мне иногда страшно становится. Ты разве не заметил?

– Я на него не смотрел.

– Понятно. – Агата встала и, одёрнув футболку, поправила на джинсах ремень. Тот был широкий, ярко-оранжевый и хорошо сочетался с её кроссовками. Смерив одноклассницу внимательным взглядом, Данил принялся перешнуровывать свои кеды. Он уже второй день смотрел на неё как-то странно.Так, словно прикидывал в уме решение какой-то особенно сложной задачи. И это взгляд уже порядком беспокоил Агату.

«А уж не собирается ли он переходить в другую школу на следующий год?» –мысленно спросила себя она и, боясь поддаться панике, начала теребить пряжку на пресловутом ремне.

– Ну, а ты разве не знаешь, чего хочешь?

– Знаю. Быть врачом. Только мама постоянно вставляет мне палки в колёса.

Последнюю фразу Агата озвучивать не стала. Жалобами на жизнь при Даниле она старалась не злоупотреблять.

– Зачем тогда тратишь столько времени на танцы?

–Благодаря им осанка исправляется, и походка лучше становится. И вообще, получив класс «А», можно заниматься судейством. А это дополнительная профессия и, следовательно, заработок на тот случай, если с медициной не сложится.