Книга Личная помощница для бабника, страница 48 – Злата Милашевич

Сейчас уже нельзя было что-то интерпретировать не так, списать на игру воображения. Его намерения были ясны, как белый день. Он поцеловал меня, сказав, что «поможет определиться с выбором». Я так понимала, что ему не хотелось, чтобы я отвечала Коле взаимностью…

Но что вообще значил этот поцелуй? Наверное, Евгений Дмитриевич целовался так направо и налево. И это для меня подобное было целым событием. Вряд ли ведь между нами были теперь какие-то отношения?

Мужчины вот, сидели, обсуждали возможные условия продажи филиала. Договорятся сейчас, и что потом? Евгений Дмитриевич продаст филиал, и помашет мне счастливо ручкой? Не поминайте лихом?

Я пока слабо понимала, как к этому относилась.

С одной стороны, целовался Евгений Дмитриевич как бог. Красивый ещё был такой, и обаятельный… С ним было легко, он много шутил, и вообще был приятным человеком, хоть и ветреным, если верить сплетням.

И, что уж греха таить, наверняка такой шанс побыть практически с мужчиной мечты выпадал в жизни лишь раз.

С другой стороны, я и сама не была будто готова пока к каким-то отношениям. Только отошла от потрясения, что мне изменяли, и что вообще мой брак был ошибкой, и надо разводиться.

Может, и не надо было воспринимать всё слишком серьезно? Просто плыть по течению? С чего я вообще взяла, что после поцелуя последует нечто большее?

Примерно на этой моей мысли я обратила внимание, что мужчины уже пожимали друг другу руки. До чего хоть договорились они? Вообще всё прослушала, балда.

Вдруг, со стороны Евгения Дмитриевича это был как раз тактический приём, чтобы я поменьше слушала? А что, сработало, получается.

— Варвара Максимовна, было очень приятно с вами познакомиться. Ещё раз хочу сказать, что вы просто очаровательны. Был бы я чуть помоложе, обязательно бы предпринял попытку отбить вас у этого приезжего бизнесмена. Наши девушки нам и самим нужны, улучшать генофонд города.

Я опять засмущалась, и так под шумок Евгений Дмитриевич вывел меня из кабинета, и куда-то просто потащил за руку.

— Евгений Дмитриевич, а мы куда? — Удивленно поинтересовалась я, понимая, что мы шли куда-то в неизвестном мне направлении.

— Подальше отсюда. Там где-то должен быть черный вход, выйдем без лишней шумихи.

— Уже? — Один вопрос, и я оказалась прижата к ближайшей стене.

— Уже? Серьезно? Я думал, этот разговор никогда не закончится. А мне очень хочется продолжить начатое. — Евгений Дмитриевич смотрел на меня так, что подкашивались коленки. Его глаза были темными, и словно в какой-то пелене.

— Что продолжить…

— Варвара, сейчас не время играть из себя недотрогу. Ты всё прекрасно понимаешь. — Он ткнулся носом куда-то в район моей шеи, и глубоко вдохнул. — Ещё и пахнешь как настоящее искушение. Ещё немного, и я сорвусь, и мы сделаем это прямо здесь.

Мурашки от его слов уже расползались по всему моему телу. Ой-ой. Кажется, кто-то был настроен крайне решительно.

— А что всё это значит? — Тихо спросила я, понимая, что вопрос, возможно, был неподходящим, но я не могла его не задать.

— А что бы ты хотела, чтобы это значило? — Прямо посмотрев на меня спросил Евгений Дмитриевич, и я действительно задумалась.

— Ну… — начала мяться я, оттягивая время, и стараясь придумать ответ.

Сознание металось от того, чтобы сказать Евгению Дмитриевичу правду о том, что я, вообще-то, девушка приличная, и в отношения, которые носят чисто горизонтальный характер, как правило не ввязываюсь. Да и слишком влюбчивая для этого.