Книга Твоя нелюбимая жена, страница 20 – Юлия Бонд

— Богдан, пусти! Что ты делаешь? Пусти же, я кому говорю? – сопротивляясь, Мила делает тщетную попытку освободиться из капкана моих рук.

— Идём.

— Что значит “идём”? Ай, отпусти меня. Мне же больно!

Не позволив Миле устроить спектакль, насильно вывожу её на улицу. Только успеваю убрать от девушки руки, как она набрасывается на меня с кулаками, ударяет ими по груди и плечам, да и везде, где дотягивается.

— Хватит, – снова приходится заключить Милу в крепком кольце рук, чтоб она перестала махать своими кулаками как на ринге. – Успокойся для начала, а затем мы с тобой поговорим.

— Нет, ну вы посмотрите на него?! Он виноватый и ещё меня успокаивает! Я жду объяснений, Богдан! Что эта за белобрысая пигалица в кафе? Почему ты сидел с ней за столиком и так мило ворковал? Я проходила мимо, случайно вас увидела через стекло. И глазам своим не поверила! Боже мой… ну как так, а? Ты что мне изменяешь с этим страхуёбищем?

— Закончила? – спрашиваю достаточно спокойным тоном, хотя мне ни хрена неспокойно сейчас, я на конкретном взводе.

Дышит громко и тяжело, раздувая крылья носа. Меня сверлит гневным взглядом, просто готова испепелить заживо.

— Объясни мне, что происходит, – уже более-менее спокойным тоном требует.

— Ты видела меня в кафе вместе с Улей. Уля – племянница Игоря Ивановича Скорикова, я тебе о нём как-то говорил. Он мне очень помог встать на ноги, дал стартап на мою айти-компанию, именно ему я обязан всем, что имею.

— И… что это значит?

— Ничего не значит. Между мной и Улей ничего нет. Мы просто пообедали вместе в кафе. На этом всё.

— Почему у меня сейчас такое ощущение, что ты врёшь?

Может, потому что я действительно сейчас вру? Но вслух об этом лучше не говорить. За себя мне нисколько не страшно, а вот за Ульяну – очень даже. Я даже подумать боюсь, на что может пойти Мила, когда узнает, что от меня беременна другая девушка. Леся ведь уже покушалась на жизнь беззащитного малыша, которого Уля носит под сердцем. Где гарантии, что Мила не поступит так же? Меньше всего мне бы хотелось подвергать неоправданным рискам мать моего будущего ребёнка.

— Перестань, я тебе всё сказал. Лучше подожди меня на улице, а я схожу попрощаться с Ульяной.

— Ну уж нет! Никуда ты не пойдёшь.

— Мил, так некрасиво. Я должен попрощаться с Ульяной.

— Хорошо, тогда пойдём вместе.

Вздыхаю. Ну ё-моё! И когда я успел вляпаться в такое дерьмо?! Сейчас Мила мне поверила, но рано или поздно всё равно узнает о беременности Ули и тогда точно вилы.

— Ладно, идём. Только без концертов. Держи себя в руках, – строго произношу и Мила, вроде как, соглашается.

Через минуту приближаемся к столику, где я оставил племянницу Скорикова одну. Заметив нас, Ульяна откладывает мобильный телефон в сторону. Приветливо улыбается. И как у неё это получается? Как она вообще всё это терпит? Будь я на её месте, то уже бы послал всех и навсегда, а у Ули просто ангельское терпение. Жаль, что Мила совсем не такая, даже рядом не стояла.

— Уль, познакомься, это Мила, – представляю девушек друг другу.

— Здравствуйте, Мила. Рада знакомству.

— Взаимно, – через губу отвечает Мила, что весьма ожидаемо.

— Извини, но мы уже пойдём. Хорошего дня, – обращаюсь к Уле, достаю из бумажника деньги, чтоб рассчитаться за заказ и пока Мила стоит за моей спиной, шепчу Уле: – Спасибо.