Книга Отец (не) моего ребенка, страница 17 – Ольга Висмут

— Да, Элеонора Ринатовна предупредила, что вы тоже должны быть, – Надежда рассматривает мои вещи.

— Как думаете, это подойдет? – показываю ей платье.

— Как вариант, – она сдержанно улыбается. Потом добавляет: – Для грязного белья у вас в ванной короб стоит. Каждый вечер я отношу его в стирку. Не беспокойтесь, все вам вернем.

Неужели у меня такой вид, будто я беспокоюсь за сохранность своих грязных трусов? Уж как-нибудь сама их постираю. Но вслух соглашаюсь:

— Хорошо.

Спорить особо не хочется ни о чем. Не то настроение.

— Если вам понадобится новая одежда, тоже сообщайте. Причем заранее. Все же вы беременны, а потому придется обновить гардероб.

Надежда уходит, а я наконец-то могу расслабиться. Первым делом беру телефон и набираю маму. Жду гудков, их все нет и нет…

Чертыхнувшись, смотрю на экран. Ну да, откуда же возьмутся гудки, если я звоню через мессенджер, а у меня мобильный интернет не работает?

Ладно, попробуем через обычную связь.

В трубке долго стоит тишина. Потом голос автоответчика сообщает “Абонент не зарегистрирован в сети”.

Это как?!

Что со связью? Куда я попала?

Нет, так дело не пойдет. Это же я тут вообще от всего мира отрезана! В договоре ни о чем такой речи не шло, это я точно знаю, потому что перечитала его несколько раз. Особенно то, что было написано мелким шрифтом! Теперь меня хоть среди ночи разбуди – оттарабаню его на память!

Сдерживая злость, выхожу из комнаты. Бесполезный телефон так и сжимаю в руке. Оглядываю коридор, уходящий от меня в обе стороны. Он широкий, светлый, со сводчатым потолком и пилястрами, между которых то висят полотна с пейзажами,  то стоят напольные вазы с павлиньими перьями.

Никого нет.

Помнится, Эльвира сказала, что я могу обращаться за  помощью к слугам. Надо найти Демьяна или Надежду. И, если я правильно поняла, комната Надежды где-то рядом с моей…

Но с какой стороны?

Если идти влево, то я должна выйти в холл. Там дальше по коридору есть зал и еще несколько резных дверей, которые были плотно закрыты, когда мы шли сюда.

Ладно, попробую пойти вправо. Тем более, я там еще не была и мне разрешили гулять по гостевому крылу.

Коридор выстелен мягким ковролином графитового цвета. В нем тонут звуки моих шагов, так что двигаюсь я практически бесшумно.

Прохожу несколько закрытых дверей. Наконец, коридор переходит в высокую арку. Оттуда доносятся чьи-то голоса. Кто-то называет мое имя: Катерина…

Я замираю, моментально навострив уши.

— И как она тебе? – спрашивает незнакомый женский голос.

— А что мне? Главное, чтобы хозяйке понравилась. Иначе Эльвира житья ей не даст.

А это точно Надежда! Интересно, с кем это она меня обсуждает?

На цыпочках приближаюсь к арке и аккуратно выглядываю из-за угла.

Это столовая. Огромное помещение, центр которого занимает длинный черный, отполированный до блеска стол. Вдоль стола стоят стулья с высокими спинками, тоже черные. Но у каждого темно-красное, как кровь, бархатное сиденье.

Надежда и еще одна женщина, в таком же форменном платье, раскладывают на столе белоснежные льняные салфетки и сверкающие приборы. Не удивлюсь, если эти вилки и ножи сделаны из серебра.

— Ты преувеличиваешь, – говорит незнакомка, – она же носит ее ребенка.

— А еще ребенка ее мужа! Вот как можно жить под одной крышей стой, кто беременна от твоего мужа?