Книга Незапланированная покупка, страница 10 – Екатерина Баженова, Евгения Кец

— Почему не уйдёшь? — он вроде подуспокоился и сел на край кровати.

— Отсюда не уходят, не по собственной воле, — пожала плечами. Чего уж теперь. Какая разница, всё равно она — уже труп. — Отсюда или наверх, или на мусорку.

— В каком смысле наверх или на мусорку?

— На мусорку отправляют непокорных, наверх смирившихся или тех, кого уже никто не хочет, — Алёне показалось, что она слишком спокойно ему об этом говорит. Подняла глаза, а он сидит, будто сковородой огретый. — Мне вот мусорка светит. Наверное, сегодня и отвезут.

— Охереть… — выдохнул он. — Почему мусорка?

— Я плохо усваиваю уроки, — опустила взгляд на свои синяки.

Мужчина снова заколесил по спальне. Алёна не останавливала его. Да и какая теперь разница. Она не жилец, да и он, похоже, тоже.

— Если ты никому не скажешь, что разговаривал со мной, и о том, что я рассказала… — немного замялась. — Меня не тронут.

— Блядь! — низко зарычал он и пнул подушку, которая упала на пол, пока они кувыркались на кровати.

— Пожалуйста, — в её голосе проступили слёзы.

Алёна зачем-то цепляется за жизнь. Она впервые ощутила, что в мире есть что-то ещё, кроме боли. Почувствовала ласку и удовольствие.

Значит, надежда есть.

Может быть лучше, чем сейчас, и чем было дома с матерью и её очередным ухажёром.

— Ты шутишь? Да меня вместе с тобой закопают, если я рот открою, — бросил он.

«А блондин умным оказался. Ну, значит, жить будет», — подумала Алёна, глядишь, и ей свезёт.

— Ты ничего им не скажешь?

— Нет, — он глянул на неё и снова изменился в лице. — Тебе, правда, восемнадцать?

— Правда, — она скрутилась на кровати и прикрылась одеялом.

— Твою мать! Ублюдки! Я их прикончу. Друзья хреновы! — ругался он. — Они-то точно знают, куда меня отправили. Что за подстава такая⁈ А⁈

— Может, они не знали, — решила разрядить обстановку Алёна.

— Э, нет, — его глаза стали холодными, как две льдинки. — Они постоянные клиенты, правила рассказывали очень хорошо. Точно знали.

— И что делать?

— Не знаю, — буркнул он, явно задумавшись о чём-то своём. — Мне надо поспать хоть немного.

— Я могу на стуле посидеть, — Алёна указала на тот, где оставила полотенце, — пока ты на кровати поспишь.

— Бред какой-то. Я только что переспал с тобой. Глупо теперь уходить с кровати. Только оденься, — он рассёк воздух рукой, будто муху отгонял.

Алёна тут же достала из тумбочки чёрную майку и плавки. Натянула их и уселась подальше от мужчины. Он осмотрел её, а потом улёгся с краю на спину, подложил руки под голову и уставился сквозь потолок в пустоту.

Девушка легла на подушку и отвернулась от него. Пока он витал в своих мыслях, она беззвучно плакала. В её голове роились целые толпы вопросов: зачем она сказала ему свой возраст? Зачем вообще рот открыла? Что теперь будет? Что он сделает?

Алёна не заметила, как уснула. Зато пробуждение было эффектным. Её кто-то резко дёрнул на себя. Она тут же открыла глаза и сжалась в комочек. Но ничего за этим не последовало.

Алёна осмотрелась. В комнате никого, но она всё ещё чувствовала тяжесть на своей талии. Опустила глаза — рука. Обернулась, а там он. Спит, еле слышно дышит и даже улыбается.

Стало совсем не по себе. Чего это он полез обниматься? Хотя это даже приятно. Поджала губы, а потом улыбнулась. Закрыла глаза и попыталась представить вокруг другую обстановку. Будто она свободна и спит в кровати любимого человека. Но запиликали часы.