Книга Барби на полставки. Я (не) робот босс, страница 4 – Евгения Кец, Екатерина Баженова

А ещё на ней надето убийственное розовое платье с бантом на шее.

— Сень, очень прошу. Если ты не сделаешь этого, лаборатория закроется без финансирования. А такие деньги только этот Яровой дать и согласился.

Смотрю на брата, но ответить всё ещё не могу.

— Если я потеряю работу, то мы с Машкой лишимся квартиры, — жалобно говорит Сёма.

— Ты будешь мне должен, — фыркаю, — но это уродское платье я не надену!

Дима поджимает губы, и я понимаю, что моё мнение здесь не учитывается.

— А если Константин Эдуардович раскроет меня?

— Да ты целых четыре часа сидела напротив Евы, ты отлично научилась имитировать её голос, походку и формат ответов, — подбадривает брат. — Ты справишься.

— Ага, — кривлюсь. — Кто ещё кого имитирует. Это же мой клон. Только говорит она более механическим голосом, ну и ходит коряво.

Закрываю лицо руками и ору, что есть сил.

— Только ради Маши и моей нерождённой племяшки, — выставляю указательный палец вперёд. — Назовёшь дочь в честь меня, если финансирование получишь.

— В честь тебя или… — брат кивает на робота, — или другой тебя?

Смотрю на андроида и снова вздрагиваю. Жуткое зрелище. Там стою я, только я не дышу и не моргаю. Жуть. Никогда не привыкну.

— И добавь функцию моргания своей кукле.

— Всё сделаю, — Сёма обнимает меня, а остатки костюма впиваются в тело, и я почти скулю от боли. — Прости, прости. Димка сейчас подгонит его под тебя. А ещё я буду на связи. Мы дадим тебе наушник и будем всё записывать, чтобы потом вшить эту информацию в Еву.

Так и решаем.

Комок подступает к горлу, когда я понимаю, что мне придётся быть наедине с Яровым. Но это ладно, самое страшное — не спалиться и не выдать себя.

* * *

Стою посреди гостиной Константина, пытаясь не дышать. Пластиковый корсет хоть и поправили, но он всё равно впивается в мои рёбра. Так что я хожу и двигаюсь почти так же, как робот, только это от боли.

Брат, засранец, обещал: «Ты просто постоишь пару часов, и всё!». Ага, как же.

Теперь я — экспонат в коллекции Ярового. Сам он куда-то запропастился, после того как распаковал меня и поставил посередине огромной комнаты.

«Если бы я знала, что игра в робота включает ночные дежурства у босса-садиста, потребовала бы у Сёмы зарплату. Или хотя бы компенсацию за бессонную ночь».

Три часа ночи. Три. Часа. Ночи. Я уже ненавижу брата, себя и всю Вселенную, которая позволила Семёну родиться гением-идиотом.

— Ты точно уверен, что ему нужно тестировать меня… здесь? — шиплю в микрофон, спрятанный под силиконовой накладкой на шее.

Осматриваю зал, который соединён с кухней. Кухонный гарнитур подсвечивается мягким желтоватым светом — выглядит уютно. Недалеко от панорамного окна стоят диван и несколько кресел. Наверное, здесь босс устраивает вечеринки.

Голос Сёмы из наушника звучит так, будто он жуёт чипсы. Предатель.

— Ну, ты же слышала — «во всех возможных ситуациях», — фыркает он. — Может, решил проверить, как ты реагируешь на вид его пижамы?

— Если он появится передо мной в пижаме, я тебя за…

— Ш-ш-ш! Он идёт! — обрывает меня Семён.

Дверь в гостиную открывается, и я замираю. Константин входит… в чёрном халате. С обнажённой грудью. Идеальной, кстати, грудью, с каплями воды на коже — видимо, только из душа.

«Система, активируй режим слепоты», — молюсь я внутренне, но глаза предательски цепляются за каждую мышцу.