Книга Барби на полставки. Я (не) робот босс, страница 39 – Евгения Кец, Екатерина Баженова

Запускаем проморолики. Я бегло рассказываю о функциях Евы, она чётко выполняет мои указания. Никаких нареканий.

И я всё жду, когда же произойдёт то, что должно изменить всё.

Ловлю в зале, на первом ряду широкую улыбку. Ехидства ей не занимать.

— А теперь я готов выслушать ваши вопросы, — завершаю свою речь.

Алёна не заставляет себя ждать. Она берёт микрофон и идёт ко мне:

— Господин Яровой, — ехидно начинает она, наконец-то, показывая свою истинную сущность. — Только один вопрос. А вам не стыдно презентовать живого человека под видом робота?

*Есения*

— Вот это да, — смеётся Костя. — Алёна Викторовна, очень неожиданно, конечно, что этот вопрос задаёте именно вы. Но я рад, что Ева-три тысячи вам кажется настолько реалистичной. Это значит, что мы добились своей цели.

Зал с интересом наблюдает за их перепалкой. Да и мне любопытно, как далеко зайдёт Алёна. Я и подумать не могла, что она решит вот так принародно опозорить Костю. Вот же змея. Так и хочется её придушить, но я честно жду своего часа.

Осталось совсем немного.

— Хватит ломать комедию. Я точно знаю, что никакой Евы нет. Робот неисправен. А здесь, — Алёна гордо задирает голову, — стоит твоя сотрудница. Есения Павлова, если не ошибаюсь. Да, Сеня?

Жду, когда Алёна сделает то, что должна, сама же не шевелюсь.

И она всё делает именно так, как говорил Костя. Искренне восхищаюсь его умением думать на несколько шагов вперёд. Я бы не смогла всё это предвидеть. А он не просто смог, но ещё и придумал, как заставить всех плясать под свою дудку.

Алёна поднимается на сцену, сверкая дорогим платьем, и идёт к док-станции. В зале стоит гул от перешёптываний. Но никто не рискует встревать.

Костя скрещивает руки на груди и смотрит за действиями Алёны:

— Перед тем как сделаешь, что задумала, может, скажешь почему?

— Потому что нехорошо обманывать людей, — шипит Алёна.

Сколько личной обиды в этом действии. Думаю, кроме шпионажа для папочки, она ещё и вымещает свою злость на Ярового за то, что он отверг её.

— Дамы и господа, — Алёна обращается к залу и показывает карточку, которую спёрла из липового костюма Евы, — здесь и сейчас вас нагло дурят. Господин Яровой не обладает технологиями, о которых так красиво рассказывает. И в моей руке…

— Запчасть, которую ты украла, — смеётся Костя.

А за его спиной сразу же включается запись с камеры, что была на груди Евы, когда Алёна её ломала.

— Хочешь объяснить зрителям, зачем ты сломала робота?

— Что за бред? — усмехается Алёна, но уже явно нервничает.

— А, ну, тогда, может, объяснишь это? — на экране снова начинается видео, а зал взрывается гулом.

В этот раз даже я задираю брови. Вот это да. Так, выходит, замыкание Евы не было случайностью? Это тоже подстроила Алёна, когда Сёмка отказался продавать Еву этому бандиту?

Вот же ж засранец! Ну брат! Получается, он обратился к Яровому не только как к инвестору? Они вообще с самого начала были заодно. И…

На одной из камер вижу, что лицо у Евы было вовсе не моё.

— Дамы и господа, — Костя поднимает одну руку, заставляя зал притихнуть. — Не мешайте человеку позориться до конца.

Алёна что-то отвечает, но, увы, без микрофона. Жаль, я не слышу. Она подходит к док-станции и срывает с Евы платье. Да-да. С Евы…