Книга Барби на полставки. Я (не) робот босс, страница 20 – Евгения Кец, Екатерина Баженова

После пары секунд гробовой тишины взрываюсь.

— Нет! — возмущаюсь я. — Да ни за что! Как это вообще будет выглядеть?

— Думаю, потрясающе, — хохочет Яровой.

Смотрю на Сёму, а он уже в предобморочном состоянии. Да уж, встряли мы, конечно. И это Константин ещё не в курсе, что Семён — мой брат.

— Вы сможете изготовить какой-нибудь костюм, чтобы загримировать Есению? — спрашивает Яровой.

— Чисто теоретически, да, — тяжело вздыхает брат, отхватывая мой гневный взгляд.

— Тогда с вас накраситься. Или, если хотите, я найму профессионала, — говорит мне шеф. — Возьмём театрального гримёра. Уверен, перевоплощение будет несложным.

— Я сама могу, — рычу я. — Только фотку сделайте этой Евы.

На том и решаем. Константин хочет оценить результат прямо сейчас, так что, вместо рабочего дня, у меня получается своего рода выходной. Я должна к вечеру показать грим. Тогда Яровой решит, доверить ли мне такое ответственное дело, как перевоплощение в Еву-три тысячи.

«Вот же самовлюблённый тиран!» — мысленно шиплю, сжимая в кулаке кисть для грима так, что ручка трещит.

Зеркало отражает моё лицо, наполовину залитое тонной косметики, наполовину — обычное. Как будто я персонаж из плохого кино про зомби-андроидов.

— Сень, Яровой же потребовал убрать датчики! — кричит Сёма из-за моей спины, тыча пальцем в мои щёки. — Теперь ты будешь выглядеть как человек.

— Ага, — фыркаю, — только вот вместо андроида я похожа на клушу, которая три дня красилась в темноте. Спасибо, братик. Ты — гений. С датчиками я хоть была похожа на реальную жестянку.

— Зато Алёна эта не поймёт, что это ты! — Димка, сидя на столе с паяльником, одобрительно кивает.

— Алёна? — оборачиваюсь так резко, что парик съезжает набок. — А при чём тут она?

Поправляю длинные волосы и начинаю крепить их тонной невидимок. И зачем только я занималась в театралке? Насколько бы сейчас меньше проблем было бы?

— Она сейчас в кабинете у шефа. С Евой, — технарь тычет в монитор, где через камеру на груди андроида видно, как Алёна вертит Еву за руку, будто куклу Барби. — Константин попросил её «оценить функционал».

Алёна щупает Еву с таким видом, словно выбирает новое платье. Её наманикюренные когти скользят по ЛЕД-панелям. А Дима включает звук.

— Константин, она такая… простая. Неужели это всё, на что способна ваша лаборатория? — раздаётся писклявый голос Алёны.

Шеф, полулёжа в кресле, поглаживает подбородок:

— Ева лишь прототип. Но её потенциал… — он бросает взгляд в камеру, и, мне кажется, его глаза встречаются с моими через экран, — безграничен.

— Безграничен, ага, — бормочу я, снимая датчики.

Раз их уберут и у Евы, пусть Яровой их на мне и не видит. Брат прав.

Не стоит давать шефу возможность усомниться в том, что он тестировал всё это время робота. Чем меньше будет сходства, тем лучше. А если я плохо накрашусь, то он решит, что я не способна создать образ Евы. Наверное.

— Зачем Яровой, вообще, её позвал? — морщусь, когда вижу, что Алёна заигрывает с Константином Эдуардовичем.

— Сеня, не отвлекайся! — брат впивается в моё плечо своими пальцами. — Через час ты должна быть в кабинете у начальника. Ты должна…

— Знаю, знаю! — вырываюсь. — Быть идеальным роботом, улыбаться и не прибить эту Алёну, когда она будет рассматривать так же меня.