Книга Где моя жена?, страница 54 – Лиза Гамаус

Он поднялся на крыльцо, открыл дверь. Сразу почувствовал запах еды. Знакомый запах. Не переобуваясь, стремглав кинулся на кухню.

Зина стояла у плиты и помешивала что-то на сковороде. Стол был накрыт на две персоны, в вазочке стояли три красные розы, а на подоконнике заметил маленькую наряженную ёлочку.

Встал в дверном проёме, не в силах ни пошевелиться больше, ни сказать ни одного слова.

— Ты… ты вернулась? — выдавил из себя Стас. Вся злость и бешенство, обида и подозрения в этот момент исчезли, потому что радость видеть её, живую, родную, обычную, в домашней одежде с передником поверх треников, просто застилали ему не только глаза, но и тормозила оставшиеся ещё как-то работающие мозги.

— В смысле? — спросила Зина, — можно и переобуться и верхнюю одежду снять в прихожей, или как? — невозмутимым тоном продолжила она.

— Да, я сейчас, — Стас вернулся в прихожую и, как завороженный, переобулся, повесил пуховик, заглянул в зеркало, убедился, что он отражается, и опять пошёл на кухню.

— Народу столько в магазинах, чувствуется Новый год уже, пришлось даже в очереди стоять за продуктами, — она подошла к холодильнику, открыла его, — немного белого вина? У нас сегодня рыбка.

Стас подошёл к ней сзади и обнял. Все расспросы и разговоры потом. После ужина. Или вообще ничего не спрашивать? А если опять исчезнет? Он не знал, как поступить, в нём боролись нежность и полное непонимание того, что происходит. Он практически не верил своим глазам.

Зина обернулась и чмокнула его в щёку, именно чмокнула, шутя, обычно, как делала тысячи раз, немного вильнув попой.

— Да, давай выпьем вина, а ты мне расскажешь, что делала сегодня. Подробно. Я готов слушать самым внимательным образом все твои истории.

— Что это с тобой? Поставил рекорд на работе по удалению зубов мудрости?

— Какому ещё удалению? Я этим не занимаюсь, ты же знаешь. Ну, расскажи мне, — чуть не сказал про Древнюю Грецию, но смелости не хватило, — ты в Турцию же собиралась, и как? — рот произнёс совсем не то, что надо. Какая опять Турция? Что я несу? — может, я с тобой поеду, если, конечно, ты не против.

— Рогозин, дорогой, у тебя температура, что ли? Или какую таблетку проглотил неправильную у себя в клинике? Может, наркоз какой? — она потрогала его лоб. Он перехватил её руку и прижал к губам. Наверное, мне это всё приснилось. Не было никакого «Аполлона», я не знаю ни Снежану, ни Нестора, никого. Я спал. Это просто новогоднее волшебство, как в детстве. Особая пора. Он прижал её и впился губами в её рот, стаскивая с неё фартук, расстегивая молнию на жакетике от домашнего костюма, ища рукой грудь. Нашёл. Какое блаженство. Желание обладать ею было просто непреодолимым.

— Хорошо, но в спальню, давай, быстрее, — шептали её губы.

Быстро стаскивая одежду с себя, с неё, он навалился на неё, наконец добравшись до кровати, с такой неописуемой и звериной жадностью, какую, наверное, уже и не помнил в собственном исполнении. Она отвечала ему именно так, как ему хотелось, пылко и страстно, постанывая и ловя его ритм. Я схожу с ума, да, схожу со своего старого, консервативного, отсталого ума, застрявшего в предрассудках, мир меняется… Откуда только столько энергии и блаженства? Стас улетел в космос.

— Так что у тебя на работе-то?