Книга Маня, суровый босс (не) твоя няня!, страница 40 – Мира Цветова

— Не проснётся, — отвечает он, — и не поднимется, у неё во сне концерт поющих колготок, а потом раздача автографов… это до утра минимум, поэтому нам…

Он проводит языком по мочке моего уха, нежно целует его.

Знает, что у меня там самая чувствительная зона.

— Поэтому нам никто не помешает до утра.

Я не могу сопротивляться…

Точнее, я не хочу сопротивляться.

В животе разливается приятное тепло, а мурашки снова и снова бегут по телу каждый раз, когда он касается меня.

Уже и забыла, насколько у него приятные руки.

Но не забыла, каким нежным и страстным он может быть…

— Перед тем, как слушать сказку, — говорит вдруг Коля, — дочь рассказала мне секрет про тебя.

Я замираю испуганно.

Даже не представляю, что такое могла сказать про меня Маша?

— И… что же это за секрет?

— Малая сказала, что за последние пару лет с тобой несколько раз пытались познакомиться, но ты всем говорила, что твоё сердце принадлежит только одному человеку.

Я даже не знаю, что и ответить.

Да, я отвечала так нескольким ухажёрам.

Но даже не представляю, где и как Маша могла это услышать?

— Отвечая по-честному на твой вчерашний вопрос про отношения, — продолжает Коля, — могу с уверенностью сказать, что я ни с кем не встречался и не заводил отношений, потому что моё сердце, Ян, всё это время принадлежит только одному человеку – тебе.

Чувствую, как по щеке скатывается слеза.

Меня переполняют эмоции, столько всего хочется сейчас сказать, во многом хочется признаться, но сил хватает только на одно:

— И моё сердце тоже принадлежит тебе, Коль. Только тебе и больше никому… может, немного маленьким бандиткам и самую капельку поющим колготкам, но это другое.

Он смеётся, притягивает меня к себе.

— И в моём сердце маленькие бандитки поселились всерьёз и надолго, но тебя они оттуда никогда не вытеснят.

Он наклоняется, дарит мне ещё один приятный поцелуй, от которого сводит внизу живота, от которого подгибаются ноги…

А потом полотенце как-то незаметно слетает с меня на пол.

А я сама падаю на кровать, обнимаю мужчину за шею, трусь носом об его щетину, вдыхаю аромат его парфюма, чуть горьковатый, но такой желанный, позволяю делать мне приятно, смотрю в его чёрные глаза и тону-тону-тону в них, буквально растворяюсь, отдаюсь эмоциям, которые так долго сдерживала внутри себя…

И ни о чём не жалею.

В этот момент я чувствую себя по-настоящему счастливой.

Наверное, впервые за несколько лет.

В этот момент я просто наслаждаюсь жизнью и даже не представляю, какие испытания нас всех ждут впереди…

Василенко

— А мне сегодня сон плиснился, — говорит малая за завтраком, — что вы с мамой вместе спали.

Мы с Яной тут же переглядываемся.

— Интересные у тебя сны, — усмехаюсь, — и что же мы с мамой, просто спали и всё?

— Ну она да, — отвечает Маня, — а ты во сне пел. И плосил, чтобы тебя взяли в нашу глуппу челез колготы.

Я от таких подробностей даже подвисаю на секунду.

А Яна с трудом сдерживает смех и прячется за кружкой кофе.

— Пап, — смотрит на меня дочь, — ну плизнай, что ты хочешь в глуппу к нашим колготам?

— Нет, малая, петь я не умею, мне медведь в этих самых колготах на ухо наступил, с тех пор слуха нет.

Но малая явно не намерена сдаваться.

— Пап, ты скажи адлесочек этого медведя, мы поплосим, чтобы он тебе слух велнул, и будешь у нас на бэк тамале, ой, бэк вокале выступать.