Онлайн книга «Ань, я (не) твой усатый нянь!»
|
— Тогда слезаем, пап, — командует Анюта, — делжись, Капитоша, мы уже едем за тобой. Я мчу через частный сектор, Артур на переднем сидении командует, куда сворачивать, а сзади девочки что-то бурно обсуждают. — Пап, — через пару секунд хлопает меня по плечу Анюта, — мы тут обсудили стлатегию пелеговолов с Болисом, назвали её кнут и пляник. — У вас есть кнут? — тут же интересуется Геля. — А пляник? — Да не нужен нам настоящий кнут и пляник, — поясняет Анюта, — это метафола такая. — Это блюдо глузинское? — спрашивает Геля. — А её с чем едят? — С холодцом, блин, — отвечает Анюта. — Давайте миклофон, а то Болис там уже по нам скучает. Уже представляю, как Борис по нам скучает! Особенно по маленьким бандиткам… Даю микрофон дочери. — Не подведи Смирновских, малая. Помни, на кону судьба полковника КГБ в отставке! Анюта кивает с серьезным видом, говорит в микрофон: — Болис, на дереве повис. В динамике раздается треск. — Опять ты, — слышу голос мерзавца, — как ты достала, малявка! Смирнов теперь всегда будет тебе слово давать? Сам он разучился говорить? — Неть, — отвечает дочь, — плосто я в его филме пелеговолщик, все воплосики челез меня лешаются. В динамике раздается невнятное бормотание. — Болис, — строго говорит Анюта, — ты там ешь или что? А Капитона ты поколмил? Чай горячий пледложил? Учти, у него свой р-райдер-р на похищения, он тлебует, чтобы ему любимые песни пели, иначе, он пужается. Малая набирает в грудь больше воздуха и… начинает петь: — Знаешь ли ты, вдоль ночных долог, шла с холодцом, не жалея ног… — Кусь его тепель в твоих луках, — подхватывает Геля. И заканчивают припев девочки хором: — Не потеляй его и не кусай! Из динамика раздается недовольный рык. — Смирнов! Этот цирк долго будет продолжаться? Я хотел с тобой поговорить, как взрослый со взрослым, обсудить новую сделку, долго ты будешь прикрываться этой малявкой? Я же смотрю за сигналом, вижу, что мы почти добрались до мерзавца, еще пара минут, и мы перекроем ему дорогу. Знаком показываю Анюте, чтобы продолжала отвлекать Бориса, у нее это отлично получается. — Надо ещё лазоблаться, кто тут взлослый, Болис, — говорит строго малая. — Документики на взрослого у тебя есть? Сплавлчки все собланы? — Причем тут справки? Что ты несешь, мелочь пузатая? Я сделку хочу обсудить, предложить Смирнову компромисс, чтобы все остались довольны! — Болис, кушай сам свой компломисс! Я не мелочь и тем более не пузатая! Мой пси-хо-ло-ги-чес-кий возласт - солок пять, потому что я смотрю плогламму давай поженимся и знаю песни Стаса Михайлова. Маленькие бандитки переглядываются и хором начинают петь: — Без кусЯ, Без кусЯ, холодцом все слазу стало без КусЯ… Я прямо чувствую, как злится Борис, как он кипит от злости и получаю от этого немыслимое удовольствие! Вот только мы с парнями Артура не успеваем выскочить ему наперерез, буквально нескольких секунд не хватает… Надо его как-то отвлечь! — Борис, — кричу, что есть сил в микрофон, — я готов обсудить твое предложение, только умоляю, притормози немного, тебя почти неслышно! — Зато твою дочь прекрасно слышно, — отвечает недовольно мерзавец. — Видимо, она у вас в семье теперь главная. — Неть, — говорит Анюта, — я отвечаю за класоту и немного за деловые воплосики, потому шта у меня язык без гостей! |