Онлайн книга «Ань, я (не) твой усатый нянь!»
|
— На нём лежит глуз плоблем, — отвечает мне дочь, — ну и щастливый камушек, котолым мама двель подпилает. В этот момент мерзавец отталкивает меня, бросается к выходу… А я реагирую моментально, бью его игрушкой и тут же оглушаю. — Камушек и в самом деле счастливый… Выдыхаю тяжело, возвращаю игрушку дочери. Капитон и в самом деле герой, зря недооценивал старичка. А вот Маратик себя явно переоценил. Я поднимаю его с пола, нахожу на кухне верёвку, связываю руки и ноги, только после этого привожу в чувство. Он смотрит на меня неуверенным взглядом, бормочет: — Тебе не победить, Смирнов, даже не пытайся… нас больше, мы сильнее, слышишь? — А у нас Капитон, — отвечаю спокойно, — и тайное оружие кусь. Пока Марат с трудом соображается, я спрашиваю: — Это Борис тебя заставил заниматься грязной работой? Он велел похитить Катю с Анютой? — Нет, — усмехается мерзавец, — соскучился просто по сестре и племяшке, с Капитоном вот давно не играл… Тут Катя, сидящая рядом, не выдерживает. — Хватит, Марат! Будь уже мужчиной, сколько можно свою вину и проблемы сваливать на других! Будь честен, скажи правду, оставь свой сарказм, он тебе не поможет! Просто, блин, повзрослей наконец и возьми на себя ответственность, скажи, что был неправ, когда пошёл по той же дороге, что и отец, что ошибся в этой жизни и подставил родных… меня. Раскайся, и тебе станет легче. А ещё лучше, расскажи, где находится Борис, он угрожает нам, твоей настоящей семье, неужели деньги тебе дороже? От слов Катя у меня по коже мурашки! Даже я бы не смог так виртуозно надавить на мерзавца. Но он, похоже, привык к таким спорам с сестрой. Лишь усмехается, отвечает: — Молодец, сестрёнка, ты всегда любила включать маму, ты была мне как мама, несмотря на разницу в возрасте, пока наша настоящая мать была занята тем, что бегала по магазинам и каталась по курортам… честно, из тебя и в самом деле вышла неплохая мать, но на меня ты вряд ли сможешь повлиять, Кать, я ни слова вам не скажу, хоть чем пытайте! Смотрю напряженно на малую, которая сидит в обнимку с Капитоном. — Анют, — говорю ей, — похоже, придётся, прибегать к крайнему средству с холодцом и молоком. Но маленькая бандитка лишь мотает головой. — Дядя Малат, — говорит она мерзавцу, — вот скажи, ты дулак? Катин брат смотрит на неё удивлённо. — Ты бы за словами следила, мелкая… — Я не мелкая, я икс эс бандитка, — тут же отвечает Анюта, — вот скажи мне, дядя Малат, ты ведь любил когда-то, была у тебя девушка холосая, ты даже со мной её познакомить хотел! Как же звали её… Эвеблина… — Эвелина, — поправляет мерзавец, — она здесь причём? — Она у тебя класивая была, — вздыхает малая, — даже Капитон на неё запал… а у него, сам знаешь, вкусы, как их, спе-ци-фищ-ные, он же только женщин посталше любит… — Завязывай, мелкая, — отвечает Марат, — я ничего не скажу ни тебе, ни твоей мамке, ни этому коммерсу позорному… — Из позорного в этой квартире только твоя жизнь, Маратик, — отвечаю я, хотя сам не понимаю, зачем малая решила бывшую мерзавца вспомнить, — если ты не хочешь говорить по-хорошему, скоро подъедут мои ребята, вместе мы устроим тебе… — Погоди, пап, — вмешивается дочка, — устлаивать ничего не надо, я Эвбелину вспомнила, потому что дядя Малат её очень любил, вот как ты нашу маму любишь или как Капитон любит женщин посталше, от котолых фастум гелем пахнет, и я вот даже слышала, как ты по телефону своей Эвэлдине в любви плизнавался! |