Онлайн книга «Сквозь пламя боли и свинца»
|
После этого, расстегнул один из клапанов разгрузки и достал из него перевязочный пакет. Затем, открыл другой и достал из него небольшую оранжевую аптечку, в которой находился шприц-тюбик с промедолом. Быстро разорвал пакет, приготовил бинт и широкие тампоны. Протянул руку, и снова, ласково погладил пса, от чего тот поджал уши, будто понимая, что скоро с ним произойдет. — Ты только потерпи, братишка. Сейчас будет немного больно. – сказал Саша, держа в руке пластиковый тюбик с иглой, в котором находилось сильное обезболивающее средство. Пес доверчиво смотрел на человека и поскуливал, продолжая глубоко дышать, слегка высунув язык из пасти. Парень, быстро кольнул его поверх раны, и выдавил половину содержимого, посчитав, что полный шприц обезболивающего, это будет много для собаки. Кобель дернул лапой, заскулил сильнее, и попыталась укусить Сашу за руку, а потом и вовсе, захотел подняться на ноги. Парень рукой придержал пса, а затем, несколько раз погладил его, проведя ладонью по голове и спине собаки, пытаясь ее успокоить. Посмотрел прямо в глаза пса, и сказал ему, будто разговаривал с маленьким ребенком: — Тише, тише, успокойся. Сейчас, все будет хорошо. Сейчас, все пройдет. Боль утихнет… Вот увидишь… Через несколько секунд, пес и вправду слегка успокоился. Александр аккуратно положил большой тампон на открытую рану, и начал, не спеша перебинтовывать лапу собаки. Она покорно лежала и смотрела на парня грустными и отрешенными глазами. Укусить Сашу пес больше не пытался. Видимо понимал, что человек пытается вылечить его. Когда, лапа была аккуратно и туго забинтована, парень внимательно осмотрел свою работу и улыбнулся. Наклонился к мордашке животного и спокойным тихим голосом проговорил: — Потерпи ещё немного. Там, есть медики, – и Александр махнул рукой в сторону деревни. – Врачи зашьют твою лапку, и ты будешь снова бегать, как молодой. Я сейчас… Саша встал и подошел к тому месту, где лежал его автомат. Быстро закинул его за спину и снова вернулся к собаке. Опустился на колени, осторожно поднял песика на руки, словно маленькое дитя и бережно прижал его к себе. Собака жалостливо заскулила и задергала головой, будто хотела сказать Саше, что ей больно. Парень, чтобы сильно не тревожить израненную и опаленную собаку, плавно поднялся на ноги и медленно пошел к полуразрушенным домам. По пути смотрел в грустные, несчастные глаза пса, из которых катились слезы, и ласково говорил ему: — Потерпи, братан, потерпи. Скоро, совсем скоро, тебе станет легче… Ты только, ещё немного потерпи… Алая Алая угасала. Ее глаза полные любви и преданности, с болью и тоской смотрели на окруживших ее мужчин. Голова собаки аккуратно лежала на ногах «Ботаника». Он ласково и нежно гладил ее, чуть прикасаясь крепкой мозолистой ладонью к темной шерсти. Мужчина молча плакал. Горькие слезы катились по его щекам и собираясь на подбородке капали вниз. Парни тоже молчали. Сейчас их распирали гнев и лютая злоба. Им хотелось кричать, но кричать было нельзя. Им хотелось стрелять, но стрелять тоже было нельзя. Им хотелось закурить, но и курить нельзя. Они находились на территории противника в глубоком тылу. Только их грустные глаза полные сострадания, беззвучно смотрели на то, как их любимая Алая тихо уходит от них в иной мир. Наконец глаза овчарки замерли и начали заволакиваться белой пленкой. |