Книга Лиля меняет пароль, страница 55 – Райна Фотева

Руслан тяжело вздохнул, стараясь успокоиться. Марина молчала.

— Извини меня, — вдруг заговорил он. И откуда только в нем вся эта импульсивность, он удивлял сам себя.

— За что? — без заинтересованности уточнила Марина.

— За молчание в прошедший месяц.

Марина ответила не сразу.

— Почему ты извиняешься? Ты не обязан со мной общаться. — Тишина. — Между нами не было никаких договоренностей, и, если интерес пропал, ты не обязан мне писать или звонить. Или волноваться, что я слишком пьяна и нуждаюсь в помощи.

— Но интерес не пропал.

— Мм, — только и ответила она.

Это был отказ, как понял Руслан. Попрощавшись через силу, он отшвырнул телефон, который, прокатившись по столу, вылетел куда-то в диванные подушки. Помыл посуду, прибрал на кухне, истребив все признаки праздника, и лег спать. Утро вечера мудренее.

21

Вечером первого января Руслан понял, что не готов оставить все как есть. Он должен объясниться с Мариной, ему уже не пятнадцать лет, чтобы прятаться от симпатичной девчонки. В сорок два уже смело можно говорить начистоту обо всем, даже если это собственные чувства. Но как заставить её выслушать? Невозможно же просто вывалить на голову какую-то свою правду ни с того, ни с сего. Сначала надо создать атмосферу, ведь он хотел, чтобы после этой правды у него был шанс остаться с этой женщиной. Он хотел быть с ней. До внутренней гармонии ему еще далеко, но с пониманием своих желаний он уже начал справляться.

Руслан: Привет:)

Марина: Привет.

Руслан: Сходим в кино?

Марина: Нет. Спасибо.

Руслан: Может, на каток?

Марина: Нет.

Марина: Спасибо.

Надо что-то придумать, но Руся не готов был к активным действиям. По крайней мере пока.

На следующий день он пришел к нам на ужин и с важным видом сидел за столом, разглядывая каждого из моих детей, особенно Нинель, которая с интересом слушала теперь все взрослые разговоры. Она уже знала, что дядя Руслан «подкатывал» к тете Марине, но что-то пошло не так. И вот сегодня она поняла, по чьей вине. А поскольку прямолинейность матери в ней не очень изящно сочеталась с грубоватостью отца и возрастными особенностями, она без задней мысли высказала всё, что посчитала нужным.

— Не хочу тебя расстраивать, мам, но твой друг похож на инфантильную жучку.

— Чего?! — почти взвизгнул Руся, а я уронила голову на стол от смеха. — Ещё одна. Что еще за инфантильная жучка?

— Это что-то типа «и рыбку съесть, и на крючок не попасться», — пояснила я, — по крайней мере, я так понимаю.

Руслан перевел взгляд обратно на Нину и почти обиженно спросил:

— Почему ты так считаешь?

— Боюсь вас обидеть, но, если бы ко мне парень подкатывал в вашей странной манере, разговор был бы коротким.

— Куда уж короче, — пробухтел мужчина в ответ.

— Сильно короче, — отрезала Нина, закручивая длинные волосы в жгут. — С какой стати она должна тратить на вас хотя бы минуту своего времени, если все, что вы сделали, это сказали «извини», еще и по телефону?

Я откинулась на спинку стула, поставив ступню на сидение, рассматривая обоих. Когда глаза Руслана встретились с моими, я кивнула, подтверждая мнение своей взрослой дочери.

— Хорошо, барышни, — сказал он, — я уже понял, что я — козел. Это вы до меня доходчиво донесли, причем не единожды. Спасибо, я все это знаю. Но если уж мы так подробно всем коллективом обсуждаем мою личную жизнь, поделитесь мнением, что со всем этим делать?