Книга Рыбки в синем аквариуме, страница 36 – Райна Фотева

Мальчишки играли в своей комнате, а Дашулька была с Нинель в её спальне. Они с удовольствием уединялись, и иногда оттуда доносился хохот младшей дочери. Когда я вышла в коридор, мужчины приветствовали друг друга крепким рукопожатием и дружеским похлопыванием. Мишка на полголовы возвышался над другом, но второй казался шире в плечах и из-за этого как будто мощнее. Мы обнялись, потом Геша положил на комод в прихожей свою кепку и прошёл в кухню.

Пока мужчины общались на какие-то общие темы, я возвращала на стол остатки ужина, которыми не стыдно было угостить. Собственно говоря, еды-то особо и не было — салат да нарезка из сыра и колбасы.

— Геш, хочешь суп тебе подогрею? — спросила я, понимая, что взрослый мужик едва ли наестся травой в салате.

Он удивленно посмотрел на меня, как будто я не в себе, а потом слегка улыбнулся и отрицательно качнул головой.

— Нам нарезки хватит, не переживай, — ответил Миша, двигая к другу тарелку с колбасой и сыром.

Мой муж рядом с друзьями всегда преображался. Он становился более непосредственным, проявлял детскую игривость, которую редко можно было увидеть в обычной жизни. Он у меня мужчина с юмором и с удовольствием троллит при случае, но, когда мы были в кругу своей семьи или рядом с моими подружками, он скорее походил на старшего смены в детском лагере (или санитара в психбольнице), чем на ребенка. Тут же, казалось, у него даже менялся взгляд.

— Ты давно вернулся вообще? — спросил мой муж у друга.

— Откуда? — удивился тот.

Геша никогда не был многословным. По сравнению с другими Мишиными друзьями он, пожалуй, самый закрытый и молчаливый. В компаниях малозаметен, на застольях тосты почти никогда не говорит, и я не могу вспомнить ни одного случая, чтобы он был инициатором какого-то совместного времяпрепровождения, даже собственных дней рождения. И с одной стороны, это должно было бы настораживать, а с другой — у меня никогда не возникало таких мыслей. С самого начала нашего знакомства я знала, что Георгий — тот, кому доверяют безоговорочно. К тому же большую часть жизни он спасал людей.

— Пытаешься делать вид, что путешествуешь буквально нон-стоп, отчего не в состоянии понять, о какой поездке я спрашиваю?

— А ты пытаешься делать вид, что не знаешь, когда я вернулся? — с такой же интонацией парировал Геша, а потом, переведя взгляд на меня, добавил: — Учитывая, что моя попутчица — одна из близких подруг твоей весьма разговорчивой жены.

Я взорвалась смехом и уставилась на мужа, ожидая, чем он парирует на такое заявление. Он протянул ко мне руку, приглашая подойти к скамье, на которой сидел.

— Жена у меня обычная женщина, не надо накручивать, — улыбнулся Миша, приобняв меня за талию и прижимая к себе так, что его голова оказалась аккурат возле моей груди. Посмотрел на меня снизу, ласково, как всегда. — Да, умеет дружить и вызывает доверие, но это не повод считать, что она знает больше, чем ты можешь нам рассказать.

— Не повод, согласен, — подтвердил Георгий, собирая бутерброд на куске бородинского хлеба.

— Геша, чай налить? Или еще морс могу предложить, холодный, клюквенный.

— А я могу предложить морс ячменный, — добавил Миша.

— Подходит, — тут же ответил гость, кивнув моему мужу.

Понимая, что данных людей обслуживать не нужно, я налила себе мятного чая, добавила в чашку дольку лимона, достала вазу со сладостями и уселась на стул. Очень интересно было узнать, что расскажет о поездке Геша, потому что Викина версия мне по большей части была известна. Я хотела, чтобы Мишка расспросил его, но не смела и надеяться, что услышу всё из первых уст. Ну как услышу... Пока не было уверенности, что он расскажет хоть чуточку подробностей.