Книга Девушка на одну ночь, страница 21 – Ирина Романовская

Кровать снова противно скрипит, когда я опускаю ноги на пол.

— Как ты там, деточка? Допоздна вчера гуляла с новыми друзьями? Так и не перезвонила мне, когда вернулась в гостиницу. Наверное, с каким-то мальчиком познакомилась? Да? — бабуля произносит это с таким неподдельным энтузиазмом, и я чувствую себя вдвойне виноватой.

И зачем я только наврала ей про поход в кафе с ребятами с конференции?

Образы прошлой ночи моментально всплывают перед глазами: клуб, неоновые огни, Максим, его руки... Всё переворачивается внутри, когда я вспоминаю наши прикосновения, поцелуи, пляж... И то, что было потом. О, Боже!

Уши заливает красной краской.

— Да, нет, — неуверенно бормочу, отчаянно стараясь унять дрожь в голосе. — Мы просто посидели в кафе, поболтали. Ничего особенного. Все очень... серьезные.

Липкий ком сдавливает горло. Почему-то вчера мне казалось, что эта маленькая ложь такая безобидная и правильная. Но сейчас я вижу её совсем иначе.

За одной ложью всегда тянется другая, превращая безобидные слова в не распутываемый клубок неправды.

Конечно, я могла бы во всем сознаться бабушке прямо сейчас. Но за проведенную ночь в клубе со взрослым мужчиной на наверняка меня по голове не погладит. Еще и нотаций прочитает про безответственность и аморальное поведение.

— Ну и молодец, Поль! — продолжает бабушка. — Учёба учебой, но не забывай и развлекаться! Знаешь, я в твои годы уже платье свадебное шила, дед как раз летом руки моей просил у родителей.

Закатываю глаза и качаю головой. Снова эта история любви. Больше тысячи раз я слышала про то, как бабушка выходила замуж совсем юной. Это было, по её словам, самым верным решением, так как они с дедушкой в конечном итоге прожили вместе душа в душу почти тридцать лет. И если бы не слабые сосуды дедушкиного сердца, они бы все еще были вместе.

Бабушка за ним очень скучает, и только забота обо мне помогает ей держаться бодрячком и не унывать от тоски.

— Да, бабуль, всё именно так, — выдыхаю я, но грудь сдавливает ещё сильнее. — Я тебя очень люблю, ты же знаешь? Ближе тебя у меня никого.

— И я тебя, милая! — голос бабушки звучит так же радостно. — Жду тебя дома с любимыми пирожками!

Валюсь обратно на кровать, как только мы прощаемся. Душистые пирожки, к сожалению, не перебивают горечи, которая давит на язык из-за вранья. Телефон снова оживает.

Не успеваю поприветствовать Машу, как она с нетерпением выпаливает:

— Ну, и как всё прошло?

— Э-э… — тяну, в попытке хоть как-то собраться с мыслями.

Машка не оставляет мне и шанса соскочить с личной темы.

— Ты обещала мне все-все подробности! — настойчиво напоминает она.

— Ну… всё прошло неплохо, — наконец выдыхаю я, и тут же чувствую, как щеки начинают гореть. Припухшие губы, чёрт возьми, до сих пор помнят вкус поцелуев Максима.

— «Неплохо»? — возмущается Маша. — Полина, это что вообще за описание? Ты с Максимом ушла из клуба, да? — Её голос пропитан озорством.

— Ага, — нехотя признаюсь. Волнительная дрожь тут же бежит по спине. — Мы пошли прогуляться по пляжу…

— По пляжу? — Машка ахает, и я уже представляю, как её глаза расширяются. — Поля, только не говори, что... Ну, знаешь… Что было дальше? Вы целовались под луной? Обнимались?

Подруга замолкает, давая мне самой выложить все подробности.