Книга Измена. Игра в чувства, страница 30 – Анна Эдельвейс

Муж потряс головой:

— Вот что с тобой делать. Завтра позвоню, береги дочь.

Он направился к машине, я злобно вращала глазами, он повернулся, крикнул тётушке, подслушивающей за углом:

— Татьяна Фёдоровна! Завтра рабочие приедут, крыльцо починят.

— Ой, Ванечка, спасибо, милый. А ещё забор завалился вон там и ворота плохо закрываются.

— Ясно, — Иван кивнул, окинул меня ещё раз долгим взглядом. Плавно развернулся и уехал. От меня. От нас. Как же мне хотелось кинуть вслед ему гранату, чтоб хоть что то его встряхнуло, заставило почувствовать, как мне плохо. Какой он скот, как он так разрушил мою жизнь!

Наступившее утро было избавлением от бессонной, изматывающей ночи. Чем только я не старалась забить себе голову, лишь бы не думать о том кошмаре, в котором бултыхалось моё сердце. Еле заставила себя умыться. Спустилась вниз, возилась на кухне.

— Ой, Элечка, а посмотри кто к нам пришёл! — какой-то наигранный голосок тётушки заставил отвернуться от сковороды. У калитки стоял мужичонка с электрокосилкой. Не поняла, чему так тётка обрадовалась, продолжала жарить оладьи. Ольга с Машей сидели за столом под яблоней, мы собирались завтракать.

Я вынесла миску с оладьями, тётка хлопотала возле гостя:

— Коля, а ты садись вот сюда, с нами.

Я вопросительно глянула на Ольгу, та пожала плечами, мы обе уставились на тётю Таню. Та вилась пчелой над столом, Машенька уже макала оладью в свежесбитую с сахаром малину.

— Эля, а ты не узнаёшь Николая?

Я с удивлением уставилась на мужчину, кто это? Незнакомый мужчина самодовольно снял кепку с головы, пригладил солому на голове, повернулся ко мне, демонстрируя себя во всей красе.

— Элька, это же я, Давыдов Славик. Помогал твоей тётке этот дом купить. Мебель носил. Сосед я ваш.

Меня неприятно кольнуло. Во-первый я не Элька, а Элеонора даже для соседа тётушки, коим мой визави являлся. Обрюзгший мужик на полтора центнера весом совсем не очаровал меня старым знакомством. Я повернулась к тёте Тане, сразу считала в её хитрых глазах своднический огонёк — она решила меня познакомить с “мужчиной”.

— Я вот, Элька, пришёл траву у вас покосить, тебя увидеть. Ну, как она там, жизнь городская?

Он серьёзно? Я сглотнула, пытаясь унять всю нецензурную лексику. Увидела, как Ольга утащила Машу в дом, по дороге прыснув в рукав и что то нашёптывая Маше на ушко.

Я молча сидела, пытаясь успокоиться. Ну при чём здесь на самом деле мужик. Хоть мне и хотелось разораться, объяснить соседу что я ему сейчас расскажу про жизнь городскую, но виновата была тётка, что заделалась в сводни. Я тяжело вздохнула. Наверное, Славик неправильно понял мой вздох, придвинулся ближе, уплетая оладьи, с набитым ртом беседовал с тёткой. Рукой размахивал в воздухе, водил по палисаднику тётки, очерчивая границы, где будет косить.

— Я пойду, — хотела встать, тут меня это недоразумение по имени “Славик” схватил за руку:

— Элька, ты куда, посиди с нами. Поговорим, мы же давно не виделись.

— Вот что, Давыдов Славик. Не прикасайся ко мне. Если ты не знаешь, я замужем и с посторонними мужиками не разговариваю.

— Если ты замужем, чё тогда кольца на пальце нету? — соломенное чучело не забывало сметать оладьи, правда, глаз с меня не спускал. Плотоядных. ехидных, недобрых глаз.