Книга Босс Мой нежный зверь, страница 70 – Анжелика Дюбон, Анна Эдельвейс

Глава 30

Вика лихо вела машину, виражи брала на боковых колёсах, нас бросало, как цыплят в коробке.

К ночному клубу мы подъехали так же резво, затормозили знатно, как колёса не стёрлись, не знаю.

Я вышла из машины немного оглушённая ездой, девчонки высыпались весёлым горохом. Для них всё было нормально.

Вообще они были другими, не из моего мира. Весёлые, разухабистые, задорные и очень тёплые. Мне, наверное, судьба их послала, чтоб отогреть мою душу.

Правда, когда мы вошли в клуб, я перепугалась. За дверью нас ожидало тёмное месиво из плотно набившегося людьми пространства. Оглушающая ритмичная музыка, мерцающие резкие блики из зеркальных шаров, подвешенных к потолку, взрывные вопли толпы на каждую реплику ти-джея. Я уже решила сбежать. В этом гаме пришлось кричать Вике на ухо:

— Слушай, Вика, я, наверное, поторопилась.

— Ты чего? Брось. Капризничать будешь перед Юрасиком, когда помиришься. А сейчас погнали!

Она крепко держала меня за руку, я уже пробиралась за ней следом через плотно набитую толпу молодёжи.

От одной мысли, что я здесь из мести, у меня упрямо забилось сердце. Пусть Юра себе не думает, что я посыплю голову пеплом и пойду рыдать над их “братскими” шуточками.

Я плохо слышала девчонок, их голоса таяли, пробиваясь сквозь оглушающие децибелы музыки. В зале было накурено, всё казалось синим, нереальным на фоне дёргающейся светомузыки. Представляю, как вся моя одежда пропитается дымом, а волосы как у ведьмы будут светится синим туманом. На самом деле хорошо, что девчонки вытащили меня сюда, к людям. Я уже одичала без тусовок и подруг. Вечно сумасшедшей белкой носилась по работам, заботам. Пора возвращаться в свободную жизнь.

Любой ночной клуб это субботник сатаны. Каждый, кто переступал порог, вдыхая адреналиновый , заряженный весельем, алкоголем воздух, становился чуточку развязнее и легкомысленнее. Хотелось прыгать козой под музыку, трясти задом не заботясь о приличиях.

В местах, где полуголые девчата бесстыже трутся о парней, выгибаются кошками на танцполе, где у парней в глазах плещется алкоголь и вседозволенность – оставаться собой просто не получалось.

На танцполе пел хорошо сложенный парень с голым торсом и в джинсах на бёдрах. Скорее не пел, читал речитатив под музыку. Слов в этой лихой скороговорке было не разобрать, слишком громко бухали басы. Горячее, потное тело красиво двигающегося парня напомнило мне тот солоноватый привкус кожи другого мужчины, засевшего навсегда в моей памяти.

Это вкус секса, напоминающий зной раскалённого песка, тугой ветер, сильные пальцы, нежные губы. Чёрт, куда это меня понесло, – одёрнула сама себя. Нет, нет. Никаких воспоминаний. Та единственная ночь с Юрой это табу, это драгоценная коробочка счастья под семью печатями.

Она у меня останется навсегда, я её никому не отдам и сама трогать не буду. Я здесь как раз чтобы забыться. Ну, или отомстить, если получится. Хотя это навряд ли. Даже обида не заставит меня нырнуть в приключения. Хотя надо бы.

— Эй, ты сегодня кто, училка? Давно мечтал трахнуть учиху, – чья-то пьяная рожа оказалась у меня перед лицом. Знала я, что спровоцирую своим нарядом народ на пошлости, но народ не знал, что я уже вкусила человеческой кровушки:

— Убью, козлина, – схватила парня за свитер на груди и лязгнула зубами.