Книга Босс Спор на любовь, страница 29 – Анжелика Дюбон

— Едем.

Глава 12.

“... Где кинул, там и ищи…”

Мама.

Людмила Ивановна, мать Марка.

Ехали на тверскую, набрал телефон матери:

— Как дела, мама? Что случилось?

— У меня хорошо. Ничего не случилось, просто ты обедаешь со мной через полчаса. Жду.

— Может быть, мы встретимся в другой раз?

— Ты хочешь сказать, что не хочешь приезжать? Прежде чем пугать меня, сын, подумай, что будет, если я не испугаюсь. Молчишь?

В телефоне послышался щелчок зажигалки, глубокий вздох и снова голос мамы:

— Я приеду к тебе на работу, Марк, со всей своей любовью, охраной из десяти мужиков, болонками и котами. Пожалуй, захвачу психотерапевта и сигареты.

— У меня планы и я не могу их менять внезапно.

— Можешь. Когда звонит мама – надо послать планы нахрен. И приготовь пепельницу, когда я приеду.

— Нельзя в таком тоне разговаривать со своими детьми, мама.

— Почему это нельзя?

— Потому, что это шантаж, я люблю тебя, уважаю и не могу ответить тем же.

— Вооот. Ты не закроешь свой гештальт с мамой никогда и будешь вести мысленные диалоги со мной, даже когда я сдохну. Я именно так и делаю со своей мамашей и, поверь, мы с ней давно задолбали друг друга. Поэтому приезжай.

В ресторане мать сидела в глубине зала, покачивая остроносой туфелькой. В светлых брючках, опрятная и чёткая как буквы в прописях, она, заметив меня, просто светилась от радости. Короткая стрижка, благородная седина, безупречный стиль. Лёгкая, дорогая небрежность в роскоши.

Красавица.

Официант склонился перед ней в позе “зю”, с подобострастной улыбкой держал перед мамой карту вин, мать водила по ней сигаретой в длинном мундштуке, рискуя прожечь дырку в меню. Впрочем, она могла бы спалить весь ресторан, её кошелёк бы этого не заметил.

— Здравствуй, мама. – коснулся её щеки губами.

— Кто ты? – она окатила меня весёлым взглядом: – Пришёл без цветов к женщине в интересном возрасте и сразу с поцелуями? – она помахала в воздухе сигаретой, тут же пепел поймали в пепельницу расторопные руки официанта, :– Кто тебя воспитывал, Марк?

— Ты, мама.

— Мужчины…Вам лишь бы наврать в уши доверчивым дамам. Скажу тебе по секрету, сын – это не я. Меня никогда не было рядом.

— Мама, что ты хотела?

— Во-первых, поздравить тебя с приобретением. На самом деле я думаю, что проще давать деньги в рост чем возиться с предприятиями. Тем более чёрт знает где, за рубежом.

— За поздравление спасибо.

— Конечно, я ведь мать. Вспомнила, что твои игрушки были прибиты к полу, поэтому ты не наигрался в заводы– пароходы. В конце-концов, у мальчиков до 40 лет свои игрушки. Играйся. – в голосе матери звучал баланс льда и сдержанной мягкости.

— Во вторых?

— Выдать тебя в брак.В смысле женить. Мне нужны внуки, мне некуда девать деньги.

— Я здесь причём?

— Хочу купить парк, выбрить в нём лужайку, затащить туда розового пони и чтоб он таскал розово-золотую карету с бантами, а внутри сидела моя внучка. О, ради этого стоит тебя женить.

На столике появилась тарелка изысканного десерта. Мудрённо выложенные ломтики фруктов с разбросанными поверх ягодами малины, присыпанной сахарной пудрой выглядели изящно, создавали хрупкую красоту из пиршества вкуса.

Официант неслышно скользил вокруг стареющей красавицы, предлагая то одно, то другое.

Мать не отвлекалась, не сводила с меня пронзительного взгляда, ждала ответа: