Книга Мой чертов бывший, страница 11 – Кристина Зорина

Но я не могу ничего из этого отметить, ведь Марк — тот самый Главный бывший, что все разрушил.

— Хорошо, — говорю я. — И что к этому привело?

— Ты.

Манипуляция.

Манипуляция.

Манипуляция.

То, что говорю я себе, пока рассматриваю его лицо.

— Зачем это тебе? — спрашиваю спокойно.

— Что именно?

— Этот разговор.

— Хочу понять, мог ли я тогда что-то изменить? Сделать так, чтобы ты не уехала… не исчезла…

Он впивается пальцами в стакан, и я вижу, как они подрагивают.

С моих губ срывается смешок.

— Ты серьезно?

— Да. Я был ужасен. Знаю. Но ты была первой девушкой, к которой я почувствовал нечто настолько сильное. Я был в панике. Я не хотел верить…

Я склоняюсь над столом, чуть придвигаясь к нему.

— Правильно ли я понимаю, что ты унижал меня, оскорблял и пользовался мною, как собачонкой, потому что «что-то почувствовал»?

— Ну… да.

— Ладно. Правда это никак не мешало тебе трахать меня, но… ладно.

— Дашка, ты… другая. Ты открыта чувствам. Тебе было легко.

Кофе почти идет у меня носом на этих словах.

— Откуда ты это знаешь⁈ — выкрикиваю я, чем привлекаю внимание других людей, и мне приходится сбавить громкость. — Ты хоть раз меня об этом спросил?

— Я видел.

— А знаешь, что видела я? Что влюбилась в полного кретина. Не в запутавшегося паренька, который, по-хорошему, мог попросить дать ему время, мог разойтись мирно, спокойно, не оскорбляя меня, не втаптывая в грязь! В полного. Кретина. Которому не было до меня никакого дела.

Марк молча смотрит на меня.

Я не понимаю, о чем он думает, и это — мучительно.

И страшно.

— Я сожалею, — шепчет он так, что я едва слышу.

Он… что?

Сожалеет?

Он… сожалеет?

— Правда? — шепчу я в ответ.

— Да. И как только ты исчезла, все стало понятно.

Я больше не могу это слушать.

Хочется заткнуть уши, подобно ребенку, начать бормотать что-то себе под нос.

Хочется выбежать из бара поскорее, чтобы больше не видеть его и не слышать.

— Марк… — говорю я и впервые смотрю на него всерьез, прямо в его душу, которую всегда считала черной, как мгла. — Ты что, признаешься мне в чувствах?

Я так хочу, чтобы он сказал, что да. Хочу услышать это.

«Да, признаюсь».

«Да, я больше не строю из себя мачо, не веду себя, как козел, не вожу одну девчонку по паркам, попутно трахая на досуге другую. Да, я люблю тебя и признаю свои чувства».

Тогда я бы… Возможно, даже нашла в себе силы простить.

Марк опускает взгляд.

— Если попросишь — я признаюсь.

Если попросишь…

Его надо… просить.

Смешок срывается с моих губ, и я, швырнув купюру на стол, быстро выхожу.

За неделю до свадьбы мы, наконец, знакомимся с женихом.

Его зовут Степа, он очень милый парень, прямо-таки мужская версия Ани.

Я смотрю на них, и они напоминают мне Бингли и Джейн из «Гордости и предубеждения». Тот факт, что Марк при них — этакий мистер Дарси, я полностью игнорирую.

— Ребят, все круто! — заявляет Степа, когда мы рассказываем ему все подробности. — Лучше и быть не может.

— Это все твоя невеста, — скромно говорю я, а Арсений расписывает, какой он молодец, отчего мне приходится закатить глаза.

* * *

Последние дни до торжества проходят в такой суете, что мне удается даже не думать про Марка.

Как и всегда — в последний момент находятся правки, которые нужно внести, гирлянды, которые нужно доделать и пожелания, что нужно учесть.