Книга Бывшие. Без права выбора, страница 18 – Мия Герц

Он смотрел на меня. Долго. Молча. В его глазах что-то менялось. Уходила холодность. Появлялось... понимание? Нет, не совсем. Скорее, признание того, что в моих словах есть доля правды.

— Я проверяю всё, что идёт по этому проекту. Но знаешь, что самое забавное? В самый ответственный момент ты подвела. Как и тогда.

Эти слова ударили больнее любой критики работы. Они достигли цели, которую он преследовал, уничтожили меня окончательно. Я стояла, не в силах пошевелиться, чувствуя, как слёзы медленно скатываются по щекам. Я даже не пыталась их смахнуть. Что было толку?

— Я останусь, а ты иди домой. К дочери. Завтра в восемь будь здесь. Мы закончим то, что недоделали сегодня.

Когда я уже бралась за ручку двери, его голос остановил меня:

— И, Соня... В следующий раз, когда будешь не уверена – просто спроси.

Дверь закрылась. Я стояла в пустом коридоре, и только сейчас до меня начало доходить. Он не просто проверял меня. Он давал шанс. Шанс, который я не смогла использовать. Но самый страшный приговор прозвучал в том, что история повторялась.

Тишина в коридоре была оглушительной. Я медленно пошла к лифту, чувствуя, как дрожь в коленях сменяется странным оцепенением. Он проверяет всё, что идёт в «Штраусс». Значит, моя ошибка не успела навредить контракту. Не стала фатальной. Но от этого осознания не становилось легче.

В лифте я поймала своё отражение в зеркальной стене. Заплаканные глаза, бледное лицо. Я всегда считала себя сильной: прошла через рождение ребёнка без мужа, через бесконечные хлопоты с ИП, через болезнь отца. А оказалось, не справилась с простейшим тестом на профессиональную адекватность.

На парковке я долго сидела в машине, не включая зажигание. Руки всё ещё дрожали, но теперь уже не от страха, а от странной, горькой ясности. Он остался в офисе, чтобы исправить мою ошибку. И делал это без театральных упрёков, без унижений. Просто потому, что так надо. Потому что он – профессионал. А я...

Звонок телефона вывел меня из оцепенения. Тётя Марина.

— Сонь, Лика не спит, ждёт тебя. Говорит, без маминых объятий не уснёт.

Её голос звучал так обычно, так по-домашнему, что на глаза снова навернулись слёзы. В этом мире всё ещё существовало место, где меня ждали просто потому, что я – мама.

— Уже выезжаю, – отвечаю я и завожу мотор.

Дома пахло корицей и детством. Лика сидела на кухне с тётей Мариной, а на столе перед ними стоял недоеденный пирог.

— Мамуля! – её тёплые ручки обвились вокруг моей шеи, и мир на мгновение перестал быть таким враждебным.

Укладывая дочь, я думала, что завтра мне снова придётся войти в тот кабинет. Смотреть ему в глаза. И странно, но мысль об этом больше не вызывала паники. Теперь это было похоже на вызов. На возможность доказать, в первую очередь самой себе, что я могу учиться на своих ошибках. Что «безответственная» это не приговор, а ярлык, который можно снять, если перестать бояться признавать свои слабости.

Перед сном я ещё раз проверила телефон. Никаких сообщений. Тишина. Но теперь она была другой, не осуждающей, а выжидающей. Завтра будет новый день. И я поняла, что готова его встретить. Не как жертва, не как провинившаяся школьница, а как взрослый человек, который наконец-то осознал правила игры. И главное из них звучало в его последних словах: «Спроси. Это не слабость».