Книга Весной тает лёд, страница 12 – Наталья Шадрина

Артёма все эти дни я не видела, но знала, что он еще не уехал. Серёжка много рассказывал об их детских проделках, поездках к бабушке, и человек с пронзительными синими глазами представал передо мной в совершенно ином свете. Я слушала рассказы о нем и только удивлялась.

Снова я увидела Артема накануне его отъезда. В который раз ему удалось меня поразить. Он был молчалив, задумчив. Я часто ловила на себе его взгляды, но как только он замечал, что и я смотрю на него, отводил глаза. При первой нашей встрече он был как вулкан — взрывной, обжигающий, опасный, а сегодня стал тихим и домашним что ли.

На следующий день он уехал, и жизнь вошла в привычное русло.

После праздников мы с Серёжкой стали видеться значительно реже: меня затянула подготовка к приближающейся зачетной неделе, а его — постоянные тренировки перед предстоящими соревнованиями. Мы созванивались по вечерам, перекидывались сообщениями, а вот свидания свелись к минимуму. Мы оба понимали, что это временная мера, и не переживали.

Отношения между мной и Сергеем были ровными и спокойными, иногда даже чересчур спокойными. И, как часто бывает в спокойных отношениях, пришла гроза, откуда не ждали.

Зачеты уже начались, и я сидела дома за тетрадками. Солнышко ласково освещало исписанные ровным почерком страницы, призывая бросить всё и выйти на улицу. Мне оставалось повторить еще немного, как меня отвлек звонок домофона. Я поднесла трубку к уху и услышала знакомый голос:

— Света! Это Сергей. Можешь выйти ненадолго, мне нужно с тобой поговорить.

— Ты не хочешь подняться? — предложила я.

— Нет, — отрезал он. — Я подожду тебя здесь.

— Хорошо, — сказала я. — Сейчас переоденусь и спущусь.

Тревожный звоночек прозвенел в голове. Неужели он узнал о нашем поцелуе с Артёмом?! Все-таки надо было сразу рассказать, чтобы сейчас не оправдываться.

Сергей сидел на лавочке во дворе моего дома и…курил? Я не поверила своим глазам. Медленно подошла и села рядом с ним:

— Что случилось?

Парень быстро затушил сигарету и выбросил в урну.

— Давно ты куришь?! — строго спросила я.

— Иногда бывает, — как-то виновато ответил он.

Я поняла, что с ним происходит что-то, что никак не связано со мной и Артёмом, по крайней мере, напрямую. Я взяла его за руку в надежде успокоить и подтолкнуть к началу разговора. Сергей аккуратно вытащил свою ладонь из моей и виновато улыбнулся.

— Прости меня, Света! — начал он.

— За что? — удивилась я. — Мне не за что тебя прощать.

— Ты кое-чего не знаешь, и, похоже, пришло время тебе всё рассказать.

Я пыталась заглянуть в его красивые серые глаза, но он старательно отводил взгляд.

— Я пойму, если ты не захочешь потом со мной общаться, но прошу выслушать до конца, — его голос звучал непривычно, глухо.

— Да что случилось-то? — уже всерьёз начала беспокоиться я. — Ты кого-то убил? Ограбил?

Парень слегка улыбнулся, только улыбка вышла какая-то невеселая:

— Я что? Похож на грабителя?

— В том-то и дело, что нет! — ответила я. — Только вид у тебя такой, будто пришел к священнику в страшных грехах каяться.

— Слушай, не перебивай, — начал Сергей свой рассказ. — Мне было девятнадцать, когда умер отец. Это страшно. Как будто тебя лишили жизненно важного органа — ты не можешь нормально есть, дышать, спать. А главное — ты не имеешь права быть слабым, потому что ты становишься хозяином в доме, где больше никогда не будет его — твоего родного близкого человека. Каждая комната, вещь, даже запахи напоминают о нём. Но ты не можешь, не должен предаваться унынию и жалеть себя, потому что есть мама, для которой теперь ты опора и смысл жизни. Если сдашься ты, кто поддержит ее?!