Книга Пояс оби, страница 97 – Карина Ли

Шаг за шагом я приближался к самому заветному желанию, которое будоражило меня весь последний год, не покидая ни во сне, ни наяву.

«Такая свободная, такая красивая».

— Что ты здесь делаешь? – спросила Айуми, словно незримая пелена наконец-то спала с ее глаз и девушка узнала меня. – Они что, специально это сделали? – Айуми указывала на дверь и, очевидно, говорила про своих друзей.

Она не ошиблась: мне удалось связаться с Макото и после тысячи извинений за свой поступок, когда я чуть не вывихнул ему руку, парень смилостивился.

Макото поведал мне об Айуми.

Скажу честно, я не слишком удивился, но понимал, что не смогу явиться к ней просто так.

— Бар принадлежит мне, – объяснил я, быстро окинув взглядом зал, будто оценивал размеры помещения. – Я решил открыть его тут, во Владивостоке. Это идзакая. Ты однажды спрашивала: действительно ли бизнес отца именно то, чем я хочу заниматься? Нет. Не то. Я сделал самостоятельную попытку обосноваться здесь и теперь живу отдельно от семьи.

Айуми застыла в паре шагов от меня, но мне казалось, что между нами пролегли километры. Я хотел приблизиться, но она опередила меня. Спустя мгновение я почувствовал ее руки, обвивающие мою шею. Я ощутил долгожданное тепло, которое окутало меня целиком, исцеляя тело и душу.

— Прости, что не смогла навестить тебя, – проговорила она, уткнувшись мне в плечо и заливаясь слезами. – Я пыталась. Много раз, но… но…

— Тише, тише, – успокаивал я Айуми, легонько касаясь ее спины. – Все хорошо.

— Я думала, ты не выживешь. Я ничего не знала, а твой отец просто вышвырнул меня из больницы, как дворовую собаку.

Я чувствовал всю горечь ее обиды, которая, возможно, мучала Айуми долгие месяцы, но теперь все было позади, кроме того, я уже не мог сдаваться и плыть по течению, как раньше.

Если то, что произошло со мной, действительно правда, а тануки спас меня ради Айуми, то я до конца жизни буду помнить о его бескорыстном поступке.

Я улыбнулся одному из тануки, который красовался на стойке. Всегда довольный, в соломенной шляпе, хранящий за пазухой бутылку саке. Я мысленно в тысячный раз поблагодарил его за сокровище, которое держал в руках.

— Возьми, оно твое, – сказал я, вытаскивая старое семейное фото Айуми из кармана.

Я почувствовал нежное прикосновение ее пальцев и, не прибавив ни слова, поцеловал Айуми. Ничто не могло сравниться со сладким вкусом ее губ. Даже если бы весь мир был против, я бы никогда в жизни не прервал наш поцелуй, который никак не прекращался.

Я ощутил ее дыхание, мой пульс участился, а сердце забилось как молоток, казалось, что Айуми его тоже слышит, потому что она принялась ласково поглаживать мою грудную клетку. Я столь сильно жаждал ее прикосновений, что даже испытывал боль, но это не пугало меня.

Мне стало бы гораздо хуже и больнее, если бы я когда-либо снова подвел Айуми.

— Это же ложь? – вдруг спросила она, взглянув на меня голубыми, как море, глазами. – Ты ведь не женился на ней?

Я осознавал ее опасения. Айуми не первая, кто верит в сказку, в которой Юри дождалась моего чудесного выздоровления, после чего мы жили долго и счастливо.

Но у Юри другая жизнь и маленький сын на подходе.

— Нет, – ответил я и поцеловал Айуми в макушку.

Она была маленькой и хрупкой, как ваза, которую когда-то разбили. Хоть осколки и склеены, но я бы хотел поменять их на более прочные.