Книга Пояс оби, страница 50 – Карина Ли

— Что вы имеете в виду? – спросила я, совершенно опешив.

Сэкигути-сан разлил чай по чашкам в последний раз.

Толстый чайник опустел.

— Твой отец незадолго до случившегося узнал, что болен раком. Уже было поздно что-либо предпринимать. Метастазы постепенно поражали внутренние органы. Он понимал, что счастливого конца не будет, поэтому уволился из университета и жил у меня в квартире.

Секунда. Шок. Отказ воспринимать услышанное.

— Почему вы не сказали ни мне, ни моей маме? – старалась сдерживаться я, чтобы не повышать голос от нахлынувшей злости.

— Я дал твоему отцу обещание. Мне было непросто, но он умолял меня. Прости меня, Айуми. Когда твоя мама ушла в иной мир… – Он замолчал и прочистил горло. – Только после этого я убедился, что тебе надо уехать из России, а мне – исполнить волю твоего отца.

Я почувствовала, как горькие слезы щиплют глаза и текут по щекам.

Долгие годы рядом со мной находился человек, который знал всю неприкрашенную правду. Мне не следовало злиться на него, но я была в ярости.

А ведь он практически стал мне вторым отцом.

Не в силах больше здесь оставаться, я встала и с почтением поклонилась, чтобы удалиться, но вдруг Сэкигути-сан сказал:

— Он не хотел умирать на глазах у родных и близких. Дикие кошки перед смертью уходят из стаи, чтобы не стать обузой или причиной нападения. Ты не должна себя винить.

— Спасибо вам за все, – выдавила я на прощание, сжимая в кулаке старый железный ключ.

Холодный весенний ветер хлестал меня по щекам на пути к храму, однако высушил слезы. Мне захотелось найти покой, скрыться от людей, равнодушно проходящих мимо, спешащись по своим делам, упрямо уставившись в экраны телефонов.

Трагедия моей семьи не изменила меня, а лишь пустила корни в мою повседневную жизнь, в которой теперь не существует никого и ничего. Но это неправильно.

Я не хочу так жить. Не собираюсь ночами упиваться рыданиями, зная, что это не поможет, а отсрочит боль.

Сэкигути-сан прав, мне следует принять выбор родителей.

В храме было полным-полно туристов, такая ситуация типична для Токио, но меня это уже не останавливало. Сегодня я должна помолиться за предков. В России нет японских святилищ, поэтому бабушка твердо настояла на том, чтобы обустроить маленький домашний алтарь камидана во дворе.

На фото Сэкигути-сана я не увидела алтаря, скорее всего, он покоится под грудами тяжелого снега.

— В религии синто самое главное – гармония. Нужно стремиться жить в согласии с природой. Наши божества ками находятся рядом, как и души усопших. Запомни, что жизнь является вечным круговоротом, чередой перерождений, а мир меняется и обновляется, – говорила бабушка, когда я была маленькой.

Теперь я понимаю значение ее слов. Все идет своим чередом, а мне нужно смириться с ходом вещей и тоже двигаться дальше.

Омыв руки и рот, я направилась к алтарю и бросила монетку в ящик для подношений. Затем, позвонив в колокол два раза, начала молиться. Я молила богов об освобождении.

На сей раз на табличку эма я написала заветные желания, которые придумала только сейчас, но этого мне показалось мало. Поразмыслив, я купила еще одну деревянную дощечку. Считается, что после ее сжигания боги получат твою весточку и исполнят просьбу.

Я не знала, насколько сильно это противоречит законам природы, но на второй табличке написала послание для мамы и папы.