Книга Развод. Без права на любовь, страница 25 – Инга Бережная

— Ты бросил жену умирать ночью в лесу, Соболев. Знаешь, как я ее нашел? В окровавленном платье, продрогшую, но упрямо бредущую по дороге, чтобы спасти ребенка, которого ты хотел убить.

Я почувствовала, как Егор дернулся всем телом. Обернулась, заглянула ему в глаза. Он не смотрел на Сашу, только на меня. И его лицо искажала такая боль, что я поняла: он поверил, он понял, что натворил, что той ночью убил собственного сына, нашего мальчика. Пусть наш брак был построен на крови и боли, но мы оба хотели того ребенка, оба его ждали и лишились тоже оба. Но я не чувствовала удовлетворения оттого, что Егору тоже стало больно. Не радовалась ужасу в его глазах. Мне не стало легче. Мой муж оставался убийцей, которого я никогда не прощу.

— Лена… — Егор осекся, не зная, что сказать.

— Отпусти, — попросила тихо, — все кончено, его больше нет.

Муж ослабил хватку, по его лицу проскользнула судорога:

— Я был так зол, я думал, что ты мне изменяешь. Лена, я все исправлю.

Но я не слушала, не хотела больше его видеть, не хотела больше никогда слышать его голос.

— Не сможешь, Егор. Разве ты не видишь, что той ночью я тоже умерла в том лесу вместе с нашим сыном? Нечего исправлять. Ты убил нас, — высвободилась из его рук и сделала шаг назад, отступила к Саше. Нет, я больше недоверяла ему, но у него была моя девочка. Живая, здоровая. Моя доченька. И ради нее я готова была поехать с ним куда угодно, сделать все, что он попросит. Из одной только надежды увидеть ее снова, обнять.

— Лена, у нас могут быть еще дети. Мы все вернем. Я все верну. Обещаю, милая, — Егор сделал шаг ко мне, и я услышала, как за спиной щелкнули взведенные курки. Телохранители мужа среагировали быстро, нацелив пистолеты на Сашу и его охрану. Мы так и застыли посреди улицы, как в боевике за секунду до перестрелки.

Слова Егора резанули по незажившим ранам. Нет, не знаю, что ждет меня рядом с Сашей, позволит ли он мне еще хоть раз увидеть Риту, но с супругом я точно не буду в безопасности.

Я развернулась и не обращая внимания на готовое к стрельбе оружие, пошла к машине Саши.

Вздрогнула, но не обернулась, когда Егор крикнул мне вслед:

— Это еще не конец, Лена! Я верну тебя! Не дам развод, никакого мирового соглашения, будем судиться, пока ты не согласишься вернуться ко мне!

Я не слушала, открыла дверцу и села на заднее сидение. Закрыла глаза, стараясь сдержать слезы. Не открыла, даже когда хлопнули дверцы, в машину вернулись охранники, а рядом сел Саша, положив ладонь на мои крепко сцепленные в замок руки.

Когда автомобиль тронулся, с места я сказала:

— Я хочу увидеть дочь.

— Не сейчас, — ответил Саша, крепче сжав пальцы на моих руках.

Не могла заставить себя взглянуть на него, не могла больше ни о чем спрашивать.

В голове так и звенело: «Не сейчас. Не сейчас. Не сейчас».

Он и не хотел мне ее показывать, не хотел, чтобы я знала о том, что моя девочка жива. Я больше не могла сдерживать полный боли и отчаяния крик. Высвободила ладони, закрыла лицо и разрыдалась. Знать, что Рита моя дочь, и не иметь возможности даже увидеть ее.

— Моя девочка! Я хочу увидеть мою дочь! Пусти меня к ней, умоляю! Я сделаю все, что захочешь! Забери все! Мне ничего не нужно! Только разреши увидеть ее! Пожалуйста! — Я бросилась к Саше, вцепилась в воротник его пальто, заглядывала в глаза, ставшие вдруг такими холодными.