Книга Измена. Ты станешь второй женой, страница 17 – Эльза Манарова

Нет. Стоп. Не хочу, чтобы она была такой. Хочу её — огонь, сопротивление, гордость. Хочу ту, которая спорит, бросает вызов, не прогибается.

Но сейчас это сопротивление разрывает меня на части.

— Что именно?

— Ярослава страдает, и ты страдаешь. Я чувствую себя чужой.

Смотрю на неё внимательнее. Лицо спокойное, но в глазах читается что-то ещё. Расчёт? Или правда переживает?

— Амина, мы договаривались, что наш брак временный.

— Временный? — Она садится напротив, складывает руки на коленях. — Дамир, прошёл месяц. Ничего не изменилось. Она ненавидит меня, ты разрываешься между нами, а семья ждёт, когда мы...

Не договаривает, но смысл ясен.

— Не будет этого. — Говорю жёстко, чтобы она с первого слова всё поняла.

— Но рано или поздно они спросят. Почему я ещё не беременна. Почему мы спим в разных комнатах. Дамир, я неглупая. Я понимаю, что ты любишь её. Но мы должны найти компромисс.

— Какой компромисс?

— Дай ей время уехать.

Кровь стынет в жилах, а потом закипает.

— Ты предлагаешь избавиться от неё?

Голос звучит жёстче, чем хотел. Руки сжимаются в кулаки под столом.

— Она моя жена. Никто не будет решать, где ей быть.

— Нет, что ты. Просто, если ты отпустишь, то всем станет легче.

Но я не могу отпустить её.

Потому что боюсь, что если она уедет, не вернётся. Потому что расстояние убьёт то, что ещё осталось между нами. Потому что она моя, и я не отпущу её так просто.

— Уходи, Амина.

— Дамир...

— Сказал — уходи. Мне нужно подумать.

Я остаюсь один. С чаем, который не буду пить. С контрактами, которые не приносят радости. С домом, где две женщины, и обе несчастны из-за меня.

Бью кулаком по столу. Бумаги разлетаются.

Я защищаю всех — повторяю себе.

Но всё больше кажется, что просто контролирую. Держу на коротком поводке. И называю это любовью.

Ярослава была свободной, когда я встретил её. Смеялась легко. Мечтала о будущем. Светилась изнутри.

А что я с ней сделал? Посадил в клетку. Позолоченную, дорогую, но клетку.

И теперь злюсь, что она бьётся о прутья, пытаясь вырваться на свободу и улететь как можно дальше от меня.

Ночь тянется бесконечно долго. Лежу в темноте и считаю удары сердца. Раз, два, три… сто.

Где-то за стеной он тоже не спит, просто чувствую это. Знаю его дыхание, его присутствие, даже когда между нами запертая дверь и пропасть лжи.

Раньше засыпали в обнимку. Его рука всегда была на моей талии. Его дыхание в волосах. Теперь у каждого своя постель. Своя темнота и одиночество.

Не могу заснуть, встаю, хочу выйти во двор и подышать воздухом. Открываю дверь и замираю.

В коридоре мелькает силуэт в белой шёлковой сорочке и босые ноги на ковре.

Амина выбегает из гостевой спальни. Той, где спит Дамир.

Сердце останавливается. Потом бьётся так громко, что заглушает всё остальное.

Она была у него.

Мир сужается до этой картинки: белый шёлк, растрёпанные волосы, быстрые шаги.

Значит, всё-таки он соврал в кафе или не выдержал сегодня.

Амина скрывается за поворотом. Не заметила меня. Или заметила — и ей всё равно.

Стою у двери своей спальни, мне хочется кричать. Ворваться к нему и потребовать объяснений.

Но что объяснять? Всё ясно без слов.

Он мужчина, а она его жена. Я же та, что закрывается от него. Логично, что он пошёл туда, где его ждут.

Только почему она убегает? Почему не остаётся до утра?