Книга Мама для выброшенного ребенка, страница 14 – Виктория Вестич

— Блин! — шепчет Лика и тут же бросается к выглянувшему из соседней комнаты кучерявому мальчишке, — Тише, Женя!

— Мама, а кто пришел? — смешно шепелявя, спрашивает удивленно ребенок.

— Это дядя. Нехороший дядя, поэтому мы должны притвориться, что нас нет дома, хорошо? Просто иди играй дальше, не обращай внимания и не шуми.

— Но он же так громко стучит!

— Так нужно. Все, беги скорее. Сейчас папа приедет и пойдем гулять все вместе.

— Ура, папа Леша приедет! — подпрыгнув и хлопнув в ладоши, сорванец убегает назад в комнату.

В дверь долбят еще около минуты беспрерывно, после чего наконец грохот стихает. Мы с Ликой смотрим друг на друга, вытянувшись в струнку, расслабляемся не сразу — прислушиваемся к происходящему и, кажется, даже не дышим. Лишь спустя минуты три Лика отмирает.

— Все, времени нет. Звоню. — Решительно говорит соседка и набирает номер мужа.

А я не могу выразить, насколько сильно ей благодарна.

******

Лика отыскивает пару стареньких памперсов, к моей радости, и я быстро надеваю на малыша один из них. Главное, что его должно хватить до момента, когда я доберусь до крестной. Кроха и так на морозе пробыл неизвестно сколько, а если еще и мокрым по улице нести — точно заболеет. Этого я допустить никак не могу.

Еще у соседки находится бутылочка, оставшаяся от сына, и Лика предлагает сварить для ребенка молочную кашку. Я, конечно же, соглашаюсь. Вряд ли Аня покормила малыша, если только бабушке своей отнесла баночку с пюре, и та это сделала за нее. Учитывая, как моя бывшая подруга относится к детям, не знаю, как она вообще донесла ребенка до квартиры бабы Вали. Стоит перестраховаться, ведь мне ехать часа полтора на автобусе — лучше покормлю еще хоть немножко.

— Спасибо тебе огромное, — успеваю сказать я, прежде чем Лика выходит из комнаты, — не знаю, что бы я без тебя делала.

И это чистая правда. Не попадись мне соседка, вполне может быть, что ребенка бы попросту выдрали из моих рук, а мне бы угрожали, приказав молчать и никому не говорить, что вообще его где-либо видела. А что? Записи с камер они изымут, попробуй докажи в той же прокуратуре, что я действительно ребенка из мусорки вытащила, а не придумала это. Выставят больной на голову, а Аня еще и подтвердит это, если ей денег отсыплют. Меня же вот легко сдала…

— Знаешь… встреться мне хоть одна женщина, которая помогла бы мне в свое время, я бы не пережила весь тот ужас, что пришлось… — тихо говорит Лика, останавливаясь, — никому такого не пожелаю, даже врагу. Так страшно каждое мгновение бояться, что можешь своего ребенка лишиться навсегда… Женька ведь папаше и не нужен толком был, он все это делал, чтобы мне насолить, из-за того, что ушла, не выдержала побоев. Так что я не хочу, чтобы хоть одна мама через подобное прошла. И раз я могу помочь, то просто обязана это сделать.

Я молчу, сочувственно глядя на Лику. Она рассматривает узор ковра на полу отсутствующим взглядом, а у меня сердце кровью обливается, такой она выглядит подавленной и разбитой. Даже не представляю, через что же ей пришлось пройти, чтобы просто получить право жить со своим родным ребенком обычной спокойной жизнью.

Поднявшись, я подхожу ближе и осторожно касаюсь плеча Лики. Девушка поднимает голову и слабо улыбается, сбрасывая с себя оцепенение.