Книга Мирай, страница 66 – Марина Зимняя

— Сегодня здесь должен был быть ты!! Ты должен был заметить то, что происходит и предотвратить эту ситуацию. Здесь не должно быть детей без сопровождения взрослых, ни днем ни ночью. Это не шутки Тимур. Урус мог размозжить голову пацану за доли секунды. Это просто чудо какое-то, что все обошлось!

— Я не согласен на продажу этих лошадей. Если денег на покрытие моего косяка нет, то можешь продать мою квартиру. Мне пофиг. Больше у меня все равно ничего нет.

Егор откидывает голову назад, тяжело вздыхает.

— С проверяющими органами сколько бы их не было, общаешься сам. Мне некогда этим заниматься. Ты пока еще не осознаешь степень серьезности ситуации, думаю тебе лучше ощутить это все на собственной шкуре. Тимур, они как стервятники налетят. Вспомнишь потом мои слова, административная ответственность ерунда, по сравнению со всей бумажной волокитой, которая нас ждет. Будем надеяться, что с детьми все будет в порядке. Родители вроде, претензий к нам не имеют, но это пока... Когда им дойдет, что нас можно как следует подоить, они вряд ли откажутся от этой возможности. И не важно, что они сами допускают то, что их несовершеннолетние отпрыски шатаются по ночам, где попало.

Егорка немного остыл и успокоился. Откинул башку на спинку кресла и лежит теперь так.

— Я понимаю, что я облажался... что теперь у нас куча проблем на ровном месте, но на продажу лошадей я не согласен. Делай что хочешь, но Мирай трогать не смей.

— И Уруса?

— И Уруса… Может все обойдется еще.

— Не обойдется... Ладно, — поднимает голову, встает. — Будем решать проблемы по мере их поступления. Проверки прокуратуры нам все равно не избежать, поэтому в восемь часов, чтобы как штык был на месте. Только попробуй не прийти. Комплекс твой. Вот и управляйся с ним сам. А я посмотрю, как ты с этим справляться будешь.

— Кидаешь меня, да?

— Нет… мне все равно отвечать на ровне с тобой. Если бы ты знал, как я устал! — надевает пиджак, выходит из-за стола. — Скорее бы уже перевести его на тебя полностью. Но ты же просрешь все за неделю.

Закатываю глаза. Я для него навсегда останусь тупой бестолочью, паразитирующей на том, что мне осталось в наследство от отца.

Выходим с ним на улицу.

— Я смотрю ты за рулем, — с ухмылкой бросает взгляд в сторону моей машины.

— Ага. Не пешком же мне сюда идти было, — присматриваюсь.

Розы в машине нет. Тачка ведь прозрачная как аквариум. Ускоряю шаг, почти бегом несусь на парковку. Может спряталась? Распахиваю переднюю пассажирскую дверь. Нет. Ее нет в машине!

— Дядь Вень! — со всех ног несусь в сторожку. — Где девушка? Девушка в машине сидела! Ты видел куда она пошла?

— Никого не видел, — из сторожки высовывается лысая голова охранника.

На хер он здесь сидит!? Все равно ничего не видит! Разворачиваюсь и несусь в сторону денника. Егор сунув руки в карманы стоит на крыльце и наблюдает за моими метаниями.

— Кого ты ищешь? — кричит мне в спину.

Забегаю в стойло. Мирай на месте, Розы нет. Твою мать! Куда она делась? Несусь обратно, сталкиваю дядьку Веньку со стула, отматываю запись камеры.

— Ты слепой!?

— Да, на один глаз. А на втором у меня катаракта.

Б..ть! Егор! Как ты мог взять его на работу? Он еще мне об ответственности говорить будет. Слепой и хромой охранник — это то что нам нужно. Но деда жалко, разве выгонишь его теперь…