Книга Султан Эфир, страница 146 – Сильвия Лайм

Едва этот вопрос сорвался с губ, как Эфир щелкнул пальцами, и четверо рослых слуг принесли пятый трон, усаживая меня вместе с остальными аватарами.

Мой трон тоже оказался необычным. Его словно готовили заранее. Большая волна белых перьев по спирали закручивалась на его спинке, превращаясь сперва в голубые брызги пены, затем в алые камни. В самом центре камни становились желтыми, как огонь.

— Незначительные мелочи внутренней и внешней политики наших государств, это не стоит твоего внимания, — тут же мягко и уверенно ответил Лоранэш, словно это он вел здесь основную беседу и был главным.

Его обращение на «ты» тоже не укрылось от Тирреса и Эфира. Первый прищурился, второй невозмутимо и задумчиво склонил голову набок, словно ничего не произошло. Но я успела узнать султана за то недолгое время, что мы жили вместе. Он был в бешенстве.

Я переводила взгляд с одного мужчины на другого, а затем на третьего и все пыталась понять, что на самом деле происходит. И почему действительно Сициана тут нет. Чем грозит ему отсутствие при принятии важных решений остальными аватарами?.. Случайно ли оно или нарочно подготовлено кем-то из этих троих?

Впрочем, я знала ответ на этот вопрос.

— Как отразится на империи Огненной луны тот факт, что Красного дожа тут нет? — решила я все же спросить в лоб и понаблюдать, что будет.

Все равно мне было уже нечего терять.

Тиррес приподнял бровь. Лоранэш сложил на груди мощные руки, отчего ткань его легкого замшевого колета натянулась, продемонстрировав мощные бицепсы. Эфиррей вздохнул и, не отводя от меня светлых, кажется, чуть виноватых глаз, ответил:

— Он не сможет принимать решения. И Совет будет руководствоваться в его отсутствии тремя голосами вместо четырех.

Я стиснула кулаки.

— Ты хотел сказать — четырьмя вместо пяти? — поправила я его невозмутимо.

Глаза Морского эмира стали еще шире. Я слышала, как его свита за троном громко зашепталась. Похоже, меня все же не все были готовы так уж с ходу принять в качестве ключевой фигуры.

Что ж, я была способна их понять. Впрочем, стоит признаться, все, что говорила, было скорее игрой: прокатит или нет. Я до конца не верила в свою весомость. В то, что пешка вдруг может стать королевой.

Но, похоже, так оно и произошло.

— Прошу простить. Я оговорился, Иви, — поправился Эфир, и шепот где-то у стен стал еще громче.

Меня продолжали официально признавать. Второе государство.

— Итак, что же вы обсуждали, когда я имела неосторожность вас отвлечь? Продолжайте, пожалуйста, — махнула я рукой и откинулась на спинку своего совершенно великолепного трона, который я и сейчас искоса рассматривала.

Хотя, если подумать, могло показаться, что на самом деле белые перья на его спинке — это ураган воздуха, который поглощает все на своем пути. Воду, камни и уж тем более огонь, места которому в торжественном сиденье почти не осталось.

Символично.

Я была готова поспорить, что трон изготовлен в султанате.

— Таможенные пошлины между Подлунным цветком и Стальной короной, — ответил Тиррес, явно поторопившись вступить в разговор раньше остальных. Его изумрудные волосы-косы лежали на широких плечах, поблескивая кольцами, и только я видела, что они едва заметно шевелятся-нервничают. Как и их хозяин.

А я соскучилась. На самом деле мне ужасно хотелось улыбнуться, взять эмира за руку, сжать его ладонь, усеянную крупными перстнями на манер кастета. Почувствовать, как переплетается чароводная сила через наши пальцы. И узнать, как там дела в Айреморе.