Книга Охота на мышку, страница 29 – Юлия Гетта

Мажор — реально мой любимый кент, хоть ближе мы общаемся все-таки с Дюшей. Но Игоря один хрен обожаю сильнее, такая вот я меркантильная тварь.

— Зарядка есть у тебя?

— Да, сейчас всё будет.

Мажор забирает мой сдохший телефон, ставит его на зарядку. Я пью прохладное пиво, кое-как жую бутерброды, забивая на боль в челюсти. Жизнь потихоньку налаживается.

Когда моя труба наконец оживает, первым делом открываю диалог с Мышкой. Соскучился по ней, пи*дец, сил нет.

Поворачиваю телефон так, чтобы пацанам не был виден экран, и разглядываю её фотографии. Интересно, Танечка правда волновалась обо мне? Или это чисто из-за её обязанностей училки выяснять такие вещи. Людмила наша обычно мало парится, хоть на неделю пропади, но Мышка другая. Слишком правильная. Зазнайка. И всё же мне хочется думать, что она по-настоящему переживала.

Пацаны уходят курить на балкон, а я открываю её контакт и жму кнопку вызова. Испытывая приятный мандраж от предвкушения.

Через несколько длинных гудков Мышка наконец берёт трубку.

— Алло.

— Привет, — тихо произношу я.

Она молчит пару секунд, а у меня дыхание перехватывает уже от одного факта, что мы общаемся по телефону. Я даже про боль во всём теле забыл.

— Ты почему школу не посещаешь?

Мышка не удостаивает меня ответным приветствием. Но её голос — как колокольчик, нервный, взволнованный. И мне хочется верить, что да, она действительно переживала за меня.

— Соскучилась?

— Я твой учитель, если ты не забыл.

— В ближайшее время я в школе не появлюсь, прости, Мышь.

— Почему? Что случилось?

— Обстоятельства.

— Какие обстоятельства, ты заболел или что?

— Да, типа заболел.

— Чем⁈

— Тебе диагноз назвать? — беззвучно ржу я.

— Нет. Не надо. Но… надеюсь, ничего серьёзного?

Я даже по телефону слышу, как она смущается. Это умиляет. Губы расползаются в улыбке, и снова мне приходится себя одёрнуть, потому что улыбаться больно.

— Всё-таки волнуешься за меня?

— Ты можешь просто ответить на вопрос⁈

Опять нервничает. Бешу я тебя, Мышь? А мне это нравится. Так ведь намного интереснее.

— Не переживайте, Татьяна Петровна, жить буду. И обещание своё сдержу.

— Какое обещание?

— Что ты кончишь со мной.

Я прямо слышу, как она пыхтит в трубку от злости. Но так и не находится, что ответить, сбрасывает вызов. А я всё-таки давлю лыбу, забив на боль в лице.

— Сыч, ты как?

— М?

— Ты живой?

— Да вроде…

Открываю глаза, в комнате темно. Только из прихожей льётся слабый свет. Башка раскалывается, но в общем и целом чувствую себя уже не так паршиво, как вчера.

Рядом со мной на диване сидит Мажор. В полумраке вижу только очертания его башки, но по голосу сразу понял, что это Игорь. Точно. Я же у него дома.

— Что случилось, предки вернулись? — пытаюсь привстать я. Но безуспешно. Не хватает никаких сил.

— Да не. Мне просто уехать надо. Мама попросила к тётке сгонять по одному делу. Это надолго, я, скорее всего, только под вечер вернусь. Ты как тут один, справишься? — заботливо интересуется друг.

— Не вопрос, братишка, конечно, справлюсь. Езжай, — хриплю я.

— Если чё, пацанам звони, пусть приходят. Чтобы тебе одному тут не так тоскливо было. Жрачка в холодильнике есть.

— Ага. Разберусь.

— Ну всё, давай.

— Давай.

Игорь сваливает, и я мгновенно погружаюсь обратно в сон. Говорят, он лечит. Ну и во сне не чувствуешь боли. Это тоже плюс.