Книга (Не) родная, страница 19 – Анна Бигси, Елена Львова

— Очень.

— Ну хорошо, — в дверях вижу Нину Федоровну и тяжело вздыхаю. — Мне уже пора уходить.

— Ты еще придешь? — с надеждой спрашивает Соня и сжимает мою ладонь, не желая отпускать.

— Обязательно приду, — обещаю и порывисто обнимаю ее. — И мы с тобой вместе погуляем.

— Здорово, я буду ждать.

Целую в щеку и быстро ухожу, боясь расплакаться. Эмоции захлестывают меня. Никогда прежде не чувствовала подобного, а эта девочка смогла разбудить в моей душе что-то новое и неизвестное, но такое трепетное.

— Все в порядке? — заботливо интересуется Нина Федоровна, рассматривая меня. Чувствую себя очень неловко, но сдерживать эмоции не получается.

— Да, все хорошо, — улыбаюсь сквозь слезы.

— Вот, возьмите. — Она участливо протягивает мне салфетку. — Пойдемте.

— Спасибо, — иду за ней по коридору и вытираю слезы салфеткой. — А Соня давно в детдоме?

— С трех лет, — не оборачиваясь отвечает она. — Ее мать умерла, а родственников не оказалось.

— А приемные родители?

— Видимо, никто не хочет брать на себя проблемного ребенка, — она неопределенно пожимает плечами. — Все хотят здоровых детей, а таких в системе единицы.

— Соня глухая? — догадываюсь я, вспоминая, что она меня не услышала.

— Не совсем, слабослышащая… читает по губам в основном.

— Это как?

Мы останавливаемся у входной двери. Надо уходить, но я с жадностью продолжаю поглощать информацию о Сонечке. Зачем мне это?

— Это значит есть возможность исправить слух, — терпеливо поясняет Нина Федоровна и нервно смотрит на часы, явно намекая, что мне пора. Но я же не могу уйти вот так, не узнав всего до конца.

— Что для этого нужно?

— В краткосрочной перспективе слуховой аппарат. В долгосрочной, конечно, операция, но тоже не бесплатная.

— Спасибо вам огромное.

— А вы с какой целью интересуетесь? — Нина Федоровна смотрит мне в глаза, словно пытается прочитать в них то, чего я не скажу вслух.

— Помочь ей хочу, — отвечаю совершенно искренне.

— Тогда вот рекламка одной из фирм. — Она достает цветной буклет и открывает на определенной странице. — Соне нужен вот такой.

— Ничего себе. — Цена откровенно поражает. Вся моя зарплата.

— Поэтому и никак не осилим… — Нина Федоровна разводит руки в стороны.

— Спасибо, я попробую что-нибудь придумать, — убираю буклет в сумочку.

— Я вам ничего не говорила. Вся информация исключительно через заведующую и опеку.

— Хорошо.

Выхожу на улицу и зябко ежусь от порыва ветра. Новые вводные не радуют, но ребенку надо как-то помочь. Я очень хочу этого. Может быть, потом она сможет найти себе самых лучших родителей.

Нервно барабаню пальцами по рулю и смотрю на часы. Почти десять. Два часа уже сижу около подъезда, как дебил, а мог бы ехать в столицу. Где можно столько времени шляться? Это вообще-то не мое дело. Но, черт возьми, раздражает!

Подаюсь чуть вперед и поднимаю голову, пробегаясь взглядом по окнам. Света нет, значит, пропустить Тасю я не мог. Она просто еще не пришла. А если вообще сегодня не придет? Эта мысль мне совсем не нравится, от нее свербит где-то внутри. Смотрю на телефон. Может, все-таки позвонить ей? Ага, конечно, и заодно сказать, что жду ее около подъезда. Тогда Тася тем более не придет.

Что я вообще здесь делаю? Какой-то идиотский был план. Такое ощущение, что в меня иногда вселяется какой-то другой человек и творит дичь. Вот приехать сюда сто процентов была его идея.