Книга Птичка, страница 89 – Аня Леонтьева

— Птичка! — приглушённо звал меня Назар.

Я опомнилась, и под удивлённые взгляды соседок подошла к решетчатой стене.

За столом, где дежурил полицейский, никого не было, и вообще было темно, только настольная лампа светила за его столом.

Было холодно, и я передёрнулась, крепче обхватила себя руками.

— Птичка! — снова услышала Назара.

— Назар, — ответила, но получилось тихо и плаксиво.

— А ты бедовая, — усмехнулся он, видимо, тоже стоя за стеной, хоть и не видно, но хорошо слышно.

— Прости, — вышло ещё жалостливее, и я всхлипнула.

— Ты чего там, ревёшь? — осведомился Назар.

— Нет, — ответила я, заливаясь слезами, и снова всхлипнула.

— Ну, прекращай, — начал утешать он меня, — тут перед тобой хотят извиниться.

— Что? — опешила я, и даже реветь забыла.

— Девушка, — засипел противный голос, — ты это, прости нас!

— Да, красотка, не обижайся, — низкий голос.

— Мы больше так не будем, — подключился третий.

— Ты что, Назар, заставил их? Как? — удивилась я, и даже икнула от неожиданности.

— Нет, ребята сами изъявили желания, покаяться, — хмыкнул Назар.

— Да мы сами, — засипел сразу голос бандита.

— Просто вот, в следующий раз…

— Заканчивай, — оборвал Назар.

Бандит послушно замолчал.

— Птичка, ну как, тебе лучше? — спросил Назар.

Я вздохнула, чувствуя себя непроходимой дурой.

— Назар, прости меня! Вечно ты из-за меня влипаешь, а ведь тебе нельзя, а я… Ты прав, тогда был, что отчитал меня… Я и вправду не подумала, когда увидела того парнишку…

— Да чёрт он… — вставил грубый голос.

— Тихо, — скомандовал Назар.

Я вздохнула.

— Назар, в общем, если ты решишь порвать со мной, я пойму! — выдала на одном дыханий.

— Вика, что у тебя за привычка, серьёзные вещи говорить, совершенно не в подходящей обстановке! — посетовал Назар.

Я потупилась и посмотрела на соседок, с интересом слушающих наш диалог.

Ну да, глупо!

Замолчала, не ожидая продолжение нашей беседы, но Назар, как, ни странно продолжил.

— Не дождёшься, Птичка, — хмыкнул Назар. — У нас с тобой ещё много дел незавершённых! Ты мне ещё за пиджак должна!

— Меркантильный, жадный миллионер, — недовольно пробормотала, но улыбка уже затянула лицо.

— Ты знаешь, мне кажется, Тимофею обязательно нужно посещать художественную школу, есть, знаешь ли, в его каракулях, задатки импрессионизма. Я когда в Лувре был, похожее видел, точь-в-точь Моне, — урчал в тишине голос Назара.

Я согласилась, конечно, и сказала, что обязательно передам Ане, о его рекомендациях. Так мы и болтали, порой обменивались колкостями. Потом Назар, начал рассказывать про поездку, в Париж, и про сам Лувр. Я слушала, и расслаблялась, понимая, что всё хорошо, даже в этой камере, потому, что он рядом. А вместе со мной слушали мои соседки, притихшие на лавке, а пьяная женщина, наконец, заснула.

А потом загорелся яркий свет, и вернулся дежурный, а вместе с ним шёл Фёдор. Он обалдел, видимо, увидев нас с Назаром, в камерах, и даже дар речи потерял на короткий срок. Ну а далее нас освободили, под завистливые взгляды наших кратких сокамерников, перед нами долго извинялись, в основном перед Назаром. Вернули все наши вещи, снова извинялись, и даже лейтенант Беляков, проявил эмоции, лично принёс слова раскаянья.

Фёдор начал балагурить и подшучивать над нами. Оказалось, что Денис, приехавший за нами, наблюдал всё картину нашего задержания, и тут же доложил Фёдору, ну а тот поспешил к нам на выручку.