Книга Ледокол, страница 124 – Аня Леонтьева

— А когда закончу с одной начинкой, перейду к другой, не менее тугой, — продолжал этот гад, издеваться надо мной.

— Тихо, подожди! — вдруг вскрикиваю я.

Он удивлённо уставился на меня. А я отрываю его руку от своего колена, и кладу на живот.

— Чувствуешь? — улыбаюсь я во все тридцать два зуба.

Он хмуриться, но тут я опять чувствую лёгкие толчки, в животе. Это впервые. И это так здорово.

Кир просто замирает. Он держит уже обе ладони, на моём животе и кажется, не дышит.

— Офигеть, — сипит он, — просто офигеть.

А потом мы замечаем, что среди лёгкой музыки, играющей фоном, не слышно голосов. Мы поднимаем глаза и понимаем, что мы облажались по полной. Тоже мне разведчики. Так спалиться, причем сразу перед пятьюдесятью гостями. Наши гляделки с ними продолжались, до тех пор, пока Паша не соскочил со своего места.

— Ну, ты Ямал силён! Поздравляем!

И все отмирают, зал наполняют голоса. Все вторят Паше. Поднимают бокалы, кричат тосты, и поздравления. Девчонки делают большие глаза и показывали кулаки, видимо сетуя, что я держала это в тайне. Я только покаянно вздыхаю, ну что тут скажешь, виновата. Родители радостно улыбались, а мама моя, которая и так про это знала, опять пустила слезу.

Вечер пошёл своим чередом. Появился весёлый ведущий, потом выступали музыканты. Мы много танцевали, развлекались. Я честно продержалась на каблуках пару часов, а потом без зазрения совести сбросила их, переобулась.

Теперь самым распространенным вопросом был, кого мы ждём. Только мы ещё и сами не знали. Поэтому хором с Киром отвечали, что ждём ребёнка.

День сменился вечером. За окном засверкала гирлянда. Неоновые огни, словно звезды, мерцали на фоне темнеющего неба. Теперь казалось, что сказочный шатёр перенёсся в чудесную восточную ночь. Глубокую, и ароматную. Потому что запахло кофе, и мускатом. Подошло дело до торта. Кир первым делом, позвал к нам Андрея, и, подняв его на руки, помог тому отрезать столько, сколько он захотел. Сын довольный, тащил к столу половину верхушки торта. Такой забавный. Я обняла Кира за талию, и благодарно чмокнула в щёку.

— Спасибо!

— Устала? — прижимает он меня к себе.

— Еле на ногах держусь, — призналась я.

— Ещё немного потерпи, и поедем домой, — шепчет он.

— Хорошо, — киваю я.

Он усаживает меня у стола родителей, а сам куда-то исчезает. Мы пьём чай, и болтаем. По залу кружиться парочки, под тихую медленную музыку. В дальнем углу, за столом сидит компания мужчин, они продолжают выпивать и о чем-то шумно галдят.

Тут возвращается Кир.

— Пойдём! — протягивает мне руку.

— Куда? — удивляюсь я, следуя за ним. Он выводит меня из зала, помогает переобуться и надеть шубку.

— Мы будем с тобой в первых рядах, — опять тянет, теперь на улицу, но уже к главному выходу.

Мы выходим на улицу. Вечер тут же встречает нас прохладой. Я жмусь к Киру.

— Кир?

— Ну, потерпи, красивая, — усмехается он, и показывает на небо, где загораются первые звезды. А потом внезапно расцветает цветок фейерверка. Накрывает нас своими огнями. Я вскрикиваю от неожиданности, а потом и от восторга. Хлопаю в ладоши, как ребёнок. Потом на небе распускаются сразу три цветка, и постепенно гости наполняют сад. Возгласы, и крики разрывают ночной воздух. Небо всё озаряется и озаряется новыми огнями.