Книга Раскол, страница 56 – Аня Леонтьева

Он чувствует, что я расслабляюсь, отстраняется под мой протестующий стон, но только, для того чтобы перевернуть меня на живот.

Я выгибаюсь, когда чувствую, как по позвоночнику ползут влажные губы, а горячие ладони сжимают мою грудь, до сладкой боли.

В ягодицы упирается твёрдый член, и я виляю бёдрами, дразня его.

Кир с поцелуями доходит до моих ягодиц и внезапно кусает. Я непроизвольно вскрикиваю, и тут же хихикаю.

Он тут же поднимается выше, накрывая своим телом.

— Тихо, - хрипит он у самого уха, и оглаживает ладонью мой подбородок, проталкивает два пальца мне в рот.

Я глухо стону от остроты ощущений, и послушно начинаю сосать его пальцы.

— Ты же сможешь быть тихой, красивая? - спрашивает Кир, и я чувствую, как он второй рукой прикасается к внутренней стороне бедра и неумолимо ползёт к центру.

Я отрицательно верчу головой, отвечая на его вопрос, совсем теряя чувство реальности, когда его пальцы проникают в меня.

Снова мой глухой стон, и его низкий рык.

Кир вытащив пальцы из моего рта, закрывает этой же ладонью мой рот, и заменяет пальцы членом, и мой стон разбивается о его ладонь.

Возбуждение натягивает мышцы до судорог, и кости трещат, когда я изгибаюсь так, как ему нужно, чтобы таранить меня сзади и держать мой рот закрытым.

Я закатываю глаза от наслаждения, когда Кир особенно резко входит, и с удовольствием слышу, его низкий стон.

Кручу головой освобождаясь от его руки, и оборачиваюсь.

— Хочу видеть твои глаза, - шепчу я сбивчиво, и тогда он останавливается и переворачивает меня на спину, ложится сверху, полностью накрыв своим телом.

Он снова медленно входит, и одновременно смотрит, не отрываясь, так же как и я на него.

В полутьме комнаты, когда свет падает только из окна, его лицо кажется каким-то нереально бледным, а глаза наоборот тёмными. Я вплетаю пальцы в его отросшие волосы, притягиваю ближе, наслаждаясь неспешным ритмом, который задал Кир.

— Люблю тебя, - шепчу перед поцелуем, и тут же накрываю его губы, своими.

Мне не нужен его ответ.

Я знаю, что он тоже любит, несмотря ни на что, любит.

14.

— Спишь, красивая? – Кир легко пробежался пальцами по моей щеке.

Я с неохотой открыла глаза.

— Что, теперь ты будешь мешать мне спать? - зевнула я и приоткрыла глаза.

За окном всё ещё было темно, значит, времени прошло совсем немного.

— Можешь даже не стараться, - я сладко потянулась и снова прижалась к Киру, закрыла глаза, - меня ничем не поднять, даже если ты пообещаешь мне самый крышесносный секс, я не проснусь. Нет, нет, нет.

— Выходи за меня замуж, - выслушав всё это, сказал Кир, - снова, - добавил он.

Я тут же резко расхотела спать. Выбралась из его объятий, и, найдя телефон, включила фонарик, навела на Кира.

— Ты серьёзно?

Он прикрыл глаза от света рукой, и я опустила телефон.

— Серьёзно, - ответил он, - почти все атрибуты для предложения готовы. Новый год, дом за городом, фонарик, дети в доме…

Стал перечислять мне, напоминая совершенно про другой новый год, когда он сделал мне предложение.

— Пока нет кольца…

— Я согласна, - не стала я его слушать.

Плевать мне на кольца, и на все пафосные речи. Мне нужен только он.

— Что и на колени опуститься не попросишь? – усмехнулся Кир.

— Но это же предложение, - хитро улыбнулась я, и когда он начал вставать с матраса, чтобы видимо всё же опустится на колено, я сама подползла к нему на коленях, и обняла со спины.