Книга Соломоново решение. Трудный выбор, страница 72 – Аида Богдан

— Ясно, счастье — ценить то, что имеешь, а не гнаться за призрачной мечтой, в надежде, что где-то тебя ждёт лучшая доля.

— Можно сказать и так. Но мы отвлеклись, так вам хочется знать, что было дальше или всё и так понятно?

— Да я готова слушать вечно, хотя, понимаю, что история подходит к концу. Осталось только описать как пройдёт встреча Сергея и Нины и на этом всё, верно?

— В общем-то, да.

— Жаль, я бы хотела узнать, что с ними стало дальше.

— Дальше их ждёт совместная жизнь и много всего, радостного и не очень.

— Вот только не надо о плохом, прошу, даже слышать не хочу, что, в конечном итоге, они расстанутся.

— Нет конечно, оба слишком многое пережили, чтобы отпустить друг друга.

— Тогда, что же вы имели в виду?

— В жизни происходит всякое, люди болеют, ссорятся, возникают разного рода сложности, трудности, недопонимания и прочее. К тому же, нельзя забывать о том, что в стране вскоре настали смутные времена, которые ещё нужно было пережить.

— Помню, но я так надеялась, что Сергей увезёт Нину и сыновей в США.

— Нет, они решили остаться дома, чтобы не разлучать детей с дедом.

— Ого, то есть, Немиров всё же расскажет бывшему тестю о Никите?

— Он не мог поступить иначе, Аркадий Владленович заслужил это право.

— Согласна, Окунцев просто уникум, можно сказать, Человек с большой буквы.

— Так и есть.

— Кстати, а про Серафиму что-нибудь расскажете?

— Вряд ли на это хватит времени.

Словно в подтверждение её слов, в приоткрытое купе заглянула другая проводница, сменщица вчерашней, и произнесла с открытой улыбкой, вызывающей максимальное доверие у пассажиров:

— Девушки, просыпайтесь, через час подъезжаем. Ой, да вы уже не спите, вот молодцы, тогда дальше пойду.

— Нет, только не это, — простонала Лариса, не желая мириться с данным фактом.

— Увы, наше путешествие подходит к концу, но я ещё успею рассказать про встречу наших влюблённых, только вначале приведём себя в порядок, договорились?

— А давайте обменяемся телефонами? Ну, пожалуйста, Евгения Михайловна, обещаю, что не буду слишком сильно надоедать, просто расскажете мне вкратце историю биологической матери Макара.

— Там будет видно, а пока идёмте в уборную, иначе, набежит народ и мы не успеем.

— Хорошо, вы меня убедили.

Быстро умывшись и почистив зубы, Лариса уступила место Евгении Михайловне, а сама занялась приготовлением нехитрого завтрака. Она заварила два кофе, позвякивая ложечкой в гранённых стаканах с железными подстаканниками, рядом разложила песочное печенье и упаковку нарезанного сыра.

— О, какой приятный сервис, с вами приятно иметь дело, Ларочка, — похвалила её женщина, войдя в купе и оглядев всё это великолепие.

— Это самое малое, что я могу сделать в благодарность за ваш рассказ.

— Тогда, пожалуй, продолжим, под кофеёк?

— Я только ЗА.

"Через три дня, после выписки из больницы, Немиров с сыном прилетели в Тель-Авив, именно с того момента начался самый главный отсчёт. Сергей приготовил сюрприз, Нина не была предупреждена об их приезде.

Тем не менее, в тот день она с самого утра пребывала в каком-то смутном волнении и тревожном ожидании, словно предчувствуя, что совсем скоро произойдёт то, что навсегда изменит их с Никитой жизнь.

Сынишка после операции окреп и стал намного шустрее, он носился, как пропеллер, мать еле за ним поспевала. Вернувшись с очередной процедуры, они вначале не узнали свою комнату, всюду были игрушки, а с потолка свисало множество шариков, разной формы, с сердечками и признаниями в любви.