Книга Счёт за любовь, страница 56 – Аида Богдан

— Ещё чего.

— И всё-таки, я настаиваю, от Владимира ничего хорошего ожидать не приходится. Если наши подозрения верны, он может причинить тебе вред.

— То есть, ты всё ещё сомневаешься?

— Нет, теперь я в этом точно уверен. Осталось только найти доказательства и понять его мотивы. Обещай, что уедешь куда-нибудь далеко, тем более, ты сейчас в отпуске.

— Нет уж, не буду я прятаться от этого психа. Вот увидишь, я его перехитрю.

— Майя, не вредничай, иначе я не смогу спокойно спать.

— Ладно, я подумаю.

Тут в дверях кабинета показался Иннокентий и наш разговор прервался. Майя прильнула ко мне и прошептала, что очень меня любит. Я обнял жену на прощанье и поцеловал, а потом вышел вслед за конвойным.

Снова оставшись в одиночестве камеры, я вдруг всё понял. Ну, конечно, это же ежу понятно, Штельвак до сих пор не может простить, что я стал невольным виновником того несчастного случая, произошедшего с его сестрой. Не зря он тогда устроил мне истерику, обвиняя во всём.

Глава 24 Самый лучший день…

Соня

Что может быть лучше, чем выходной, проведённый на даче, да ещё и в компании настоящего мужчины? Всё прошло просто чудесно, вот только велосипедная прогулка так и не состоялась, но мне это было и не нужно. Мои предположения оказались верны, Ренат не смог бы кататься.

Мы весь день провели в постели, прерываясь только на то, чтобы перекусить и немного поболтать. Вот тогда я и узнала обо всём, что случилось с Ренатом и его женой во время аварии. Точнее, про жену и о самой аварии он не рассказывал, говорил лишь о последствиях.

— Знаешь, я тогда вообще ничего не хотел, мне жизнь была не мила, поэтому после первой операции восстанавливался плохо. Сына забрали родители Нели и я был предоставлен сам себе. Хотелось исчезнуть одним разом, чтобы раз и нет меня, но так не бывает.

— Какие ужасы ты рассказываешь, у меня прямо мурашки по всему телу.

— Сама просила, чтобы всё без утайки.

— Извини, продолжай.

— Так вот, от мыслей о суициде мне с самого начала пришлось отказаться из-за нежелания напрягать кого-то из родных хоронить моё бренное тело. Если бы можно было одним движением перещёлкнуть тумблер и без проблем покинуть этот мир, я бы наверное так и сделал.

— Ты хоть представляешь, что было бы с твоими родителями, особенно с мамой, если бы тебя не стало?

— Тогда я об этом совсем не думал, наверное потому, что у них, кроме меня, есть ещё моя сестра.

— А знаешь, я очень хорошо помню Римму, она училась в подшефном классе. Как она?

— Всё хорошо, замужем, трое детей.

— Ого, такая молодая и уже трое? Наверное, муж хороший?

— Да, зять у нас неплохой.

— Так, ладно, о семье твоей сестры мы после поговорим. Не буду уводить тебя от темы, хочу знать, что было дальше.

— А дальше я вдруг резко вспомнил о сыне и понял, что не имею права раскисать и обрекать своего ребёнка на сиротство, малыш и так потерял мать. Вот этот момент и стал некой отправной точкой для того, чтобы выбросить из головы дурные мысли. Мне было ради кого жить, поэтому я взялся за себя, хотя, врачи уже махнули на меня рукой, как на безнадёжного пациента. Больше года я мотался по больницам, проходя через обследования, операции, опять обследования. Чудес конечно не бывает, вылечиться полностью мне так и не удалось, только частично. В итоге, мне дали инвалидность, вначале нерабочую группу, но я настаивал, что могу работать. В общем, сейчас у меня 3 группа, дали на постоянно. Отец подарил мне свою машину, с тех пор я и занимаюсь частным извозом. Можно было устроиться в охрану, но это не моё. Мне больше нравится работать на себя.