Книга Я разрушу твой брак, страница 25 – Мира Амирова

— Маша?! — Голос пожилой соседки снизу почти разорвал мои ушные перепонки. Судорожно уменьшала кнопками звук, чтобы остаться хотя бы слабослышащей. Не настолько громко оказалось на опустевшей улице возле клуба, чтобы старушке приходилось прям орать в микрофон.

— Любовь Петровна? — С трудом сквозь гул в ушах разобрала и, наконец, вспомнила имя одной смешной строгой бабки. Откуда у неё мой номер? — Что-то случилось?

— Она ещё спрашивает, что случилось! — Такой тон оскорбительный, как будто я её за дуру держу, прикидываясь, что не знаю ничего. Следом, слава богу, был не крик, а змеиное шипение совсем не тише по громкости, увы. — Быстро вырубайте музыку, уже первый час ночи! По всем правилам моральным и вашим аморальным нельзя так шуметь!

— Не понимаю, о чём вы… — Меня перебивают. Даже, не давая договорить фразу, растерянно провожу отрешённый взгляд по стоянке, выискивая автомобиль Сергея Викторовича, хотя совершенно не знаю ни цвета, ни марки, ни даже приблизительного размера машины.

— Ах, она ещё и прикидывается, я на вас милицию вызову! — Не сдерживаясь, в конце, Любовь Петровна переходит на фальцет. — Устроили в доме наркопритон…

— Объясните, — Теперь уже моё терпение на сегодняшний день заканчивается и мне приходится перебивать пожилую женщину. — Нормально, пожалуйста, объясните, что произошло, откуда музыка, что, где, не понимаю.

— А тебя саму не смущает этот балаган?! Или вы с Лизкой на пару решили всех до инфаркта довести?

Имя соседки врезается в и без того больную голову озарением. Ведь я же не дала этой ушлой девице пригласить своих новоявленных друзей к нам в квартиру…

— Что? Лиза? — Крохотная надежда ещё теплилась в моём сердце, а вдруг она на работе и это просто какие-то левые люди в нашей квартире устроили дикую вечеринку на радость всем жильцам нашего подъезда. — Я не дома, у неё тоже сегодня вроде смена должна быть она же в ночную обычно…

— По дорогим тачкам она в ночную обычно разъезжает с толстосумами. — Передразнивая меня, со знанием дела, выносит свой вердикт Любовь Петровна. — Так, ладно, если ты не приедешь и не решишь проблему, я подниму участкового. Хозяйке я уже тоже позвонила, она мне твой номер и дала, чтобы я до тебя дозванивалась, пока она обрывает Лизкин телефон.

Ещё и строгая хозяйка квартиры вплетена в эту историю, которая теперь отдаёт лишь огромной потерей денег из моего залога и выпиныванием за дверь без дорогих сердцу вещей. Хотелось просто присесть и, вцепившись в волосы, покачаться туда-сюда от безысходности.

Всё это время я стояла, как вкопанная с телефоном у уха, начбез отошёл ко мне за спину, и я потеряла его из виду.

— Скоро буду. Обойдёмся без полиции. — Разворачиваюсь и резко выпаливаю слова, пытаясь хоть как-то собрать оставшиеся силы. Получается с трудом.

— Это уже нам решать, деточка… — Ответом мне были гудки и невысказанное осталось висеть в воздухе.

— Чёрт?!

Будто очнувшись от пелены, я перевожу взгляд на согнувшегося в три погибели Куприна. Его начало выворачивать, как только мы подошли к машине, но я надеялась, что эти звуки исходят не от него, жаль.

— Боже, чёрт. — Быстро достаю влажные салфетки из сумки и протягиваю бутылку воды Сергею Викторовичу. — С тобой всё в порядке?

— Мхм… — Берёт только воду и половину выливает себе на голову и шею. — Бля, чтобы ты обращалась со мной на «ты» надо постоянно какую-то дичь творить?