Книга Измена. Няня для мужа, страница 87 – Саша Киндер

— Ты права, — отпил мужчина.

Он казался совершенно погруженным в свои мысли.

— Я последние полгода… — произнёс он резко, — пытаюсь заглушить сам себя в голове. Выходит, если помнишь, плохо, — он усмехнулся, — а иногда даже наоборот.

Это он про тот раз у стены? Мне казалось, что тогда я тоже была пьяна, хотя ничего не пила.

— Я сегодня говорила с Инес, — начала я.

— О, тебе она тоже проповедь провела, — хмыкнул он, — она поравнялась в счёте с Кариной, называя меня подлецом.

Я поджала губы. Говорили мы явно о разном.

— Их с Робом потрясающая риторика винить меня в том, что раньше они совершали сами… — он допил до дна, — словно мое «бездушие», как они его называют, резко стало ещё хуже, стоило мне понять, что я тебя люблю, — он хмыкнул, пока я округляла глаза, — будто я могу это контролировать. Ха! Избегать тебя. Да, пожалуйста! — смех, — когда-нибудь завтра, когда эта дрянь перестанет давить, а все вокруг резко прекратят мне напоминать насколько я ничтожен либо потому, что смею думать о тебе, либо потому, что не успеваю «использовать» тебя, «подделать под себя» и хм… «воспитать». Я похож на садиста? Или учителя для… кого бы то ни было?

Я всё ещё удивлённо смотрела на него. А он мило улыбнулся, пьяно поднёс горлышко бутылки к моему бокалу и спросил, будто ничего до этого не говорил:

— Как тебе праздник? Достаточно для совершеннолетия? — он пьяно звякнул стеклом о стекло.

Я разглядывала его мутные от алкоголя глаза, пока он хмурился.

— Планшет с камерами всё ещё у Инес? — спросила у него.

Мужчина не понял к чему я, но помотала головой.

— Вон он, — указал на столик у дивана Эксаль, — Франко играл на нём во что-то малышковое.

А я кивнула, подалась вперед, под трепещущее страхом и влюбленностью сердце и… губы прижались к его уже слегка колючей щеке. Мужчина замер, лишь только положил свою руку на мою, пока я опиралась на его колено.

— Спасибо тебе за всё, — отстранилась от него.

Но недалеко. С ним было тепло даже в такую дождливую ночь.

— Та-ак, — протянул он, — мне точно пора спать. Иначе в моём воображении ты уже начала говорить совсем другие слова и… с другим смыслом.

Я откинулась на спинку дивана и закинула ногу на ногу.

— Например? — стало интересно мне.

— Я не настолько пьян, чтобы растрепать тебе то, о чём ты меня осудишь, — он хмыкнул и поднялся на ноги, — самое сносное там было… — он хихикнул, — ну нет — оно тоже… за гранью добра. Хм… а если… — он задумчиво оглядел меня сверху, — не-а, я пошел. Гамак и… на этом всё.

— Спокойной ночи, — сказала ему вслед, — пусть тебе приснится то, о чём ты не стал мне говорить, — я рассмеялась, — и не храпи, пожалуйста.

Он обернулся уже у двери на террасу.

— Ага, — он явно хотел сказать что-то другое, но решил промолчать, — куплю громкоговоритель, чтобы ты тоже страдала… — удаляющееся ворчание от него, — б-р-р… холод тут в тему. И в голове так ясно сразу. Может сразу под дождь?

Я упала головой на то место, где он еще несколько секунд назад сидел. Он меня любит. Сам сказал, пускай и не понял этого. Не запомнил, наверное. А я… а я всё ещё стучала сердцем так же громко и только для него. Будто я могла делать это для кого-то другого так же сильно.

— Выключай свет, — сквозь шум усиливающегося дождя услышала от Эксаля.