Книга Измена. Няня для мужа, страница 82 – Саша Киндер

Я помотала головой.

— Ты всегда говоришь что-то умное и хорошее, Эксаль, — смутилась я.

Но взгляд от его глаз не отвела.

— Да-а? — рассмеялся он, — тогда снимай свою юбку и доставай презерватив.

Я сперва застыла. А после, заметив смех в его глазах, скривилась и упала на спину, как и он, плечом к плечу.

— Ты точно грубиян, — пробормотала я.

— Я больше не буду, если ты захочешь, — он стал серьёзным.

Я смотрела в белый потолок.

— Я хочу, чтобы ты продолжал, — прошептала для него.

И закрыла глаза.

— Прости меня, но я тоже, — хмыкнул он.

И я долго думала, что ему ответить. Тем более он молчал. А когда я повернула голову к нему через несколько минут и стукнулась с ним нос к носу, он уже сопел, как и его сын. Так же мило и любимо мною».

— Давай следующую часть своего рассказа без подробностей, — задумчиво попросил Эксаль, — хотя бы без того, где и кто кого зажимал.

— Я сказала про коридор только потому, что нас там распугал Хьюго, — напомнила ему, — и я не стала говорить, как именно ты меня зажимал, — только подумала сама.

Из-за чего почти вся покраснела.

— Долли, я настаиваю на чём-то вроде краткого «Восемнадцатилетие, ночь, случайность». На этом всё, — под смешок своей сестры, — да, Карина, тебе можно снова держать своего мужа вместе с мамой. Ты справилась со своей задачей, пусть и слегка не так, как было нужно.

— Ответчик, со свидетелями общаюсь я, а не вы, — осуждающе поджала губы судья, — как и приглашаю и отпускаю, — тяжёлый вздох, — однако… это всё, что вы хотели сказать, свидетель?

Карина усиленно думала.

— Вы можете сесть на кресла позади вас, а когда будете готовы, подайте мне знак, — судья.

Девушка кивнула, зыркнула на меня и сделала как сказали. Она терпеть меня не могла.

— Следующий вопрос, — снова судья, — к-хм… ответчик. Ваши слова. «Восемнадцатилетие»?

Эксаль расплылся в ехидной улыбке.

— Преступления в моих действиях не было, — широко улыбался он, — можно считать, что успел начаться новый день. Времени было несколько позже полуночи.

Женщина строго на него смотрела.

— Знаете, ответчик, я ежедневно встречаю в этом зале плохих людей. Не обязательно мужчин — женщины иногда поступают невыносимо, однако… вы же понимаете, в чём именно вы виноваты. За что вас нужно судить по правде.

— Это я, — пробурчала я, — он ко мне не подходил, как тогда в коридоре.

— И впервые мне не хочется спорить, — кивнул муж, — вернее, я официально признал бы случившееся случайностью.

Судья закатила глаза.

— Ещё более важным следует обозначить то, что в вашем рассказе, истец, и в комментариях ответчика всё идёт невероятно гладко, — помотала головой она, — слаженно. Между вам нет ничего, что привело бы вас сюда с теми претензиями, которые есть у вас сейчас друг к другу. А значит… что стало камнем преткновения?

Мы переглянулись. Кто, а не что. Его мама. И мы знали это оба, но сколько бы не обсуждали — он убегал от правды, а я продолжала терпеть. Сейчас сил это делать уже не осталось.

— Переписка, — Эксаль напомнил присутствующим о листках в его руках, — Хьюго начинает диалог, ты пытаешься отказаться от беседы. И, — смешок, — я, конечно же, успею надавать ему по шее за то, что он ни разу не говорил про меня подобного мне же, но тут смысл в другом, Долли. Ты молчишь. Не отвечаешь ему, когда он рассказывает тебе про твою «плохую» жизнь в браке со мной. Что не так?