Книга Друг бывшего. Оторваться от земли, страница 40 – Теона Бонк

Фристайл мотокросс или, как многие называют эту дисциплину в России, «мотофристайл» — один из самых зрелищных и экстремальных видов современного мотоспорта. Далее немного об истории этого вида спорта. И короткое интервью со Львом.

Удивительно, но когда я читаю этот текст, буквы не убегают, как в рабочих текстах!

Потом я смотрю несколько видеороликов с прыжками и… замечаю, что под каждым видео комментирует некая Олеся. Неужели та самая?

Посмотрю ее страничку.

Палец замирает над экраном.

Нет! Не надо! Не ходи туда.

— Я быстренько! — шепчу, облизывая вмиг пересохшие губы.

Открываю ее страничку и, когда смотрю на самые верхние фото, моя улыбка гаснет и из меня словно дух вышибают. Настроение меняется так резко. Давление в легких нарастает, пока я рассматриваю фотографии и, что хуже, подписи к ним.

Посты свежие. Выложены пару часов назад. Адам и эта Олеся. В обнимку.

«Мой сладкий. Моя любимка», подписано там, где она чмокает его в щеку.

«Мы готовим для вас сюрприз, друзья. На День города увидите нас — самая красивая спортивная пара. Занимайтесь спортом и тоже встретите свою половинку, как я».

Что?

Моя грудь сжимается и в то же время разрывается от боли. А мой разум все еще продолжает спорить с сердцем. Я умоляю себя дать Адаму презумпцию невиновности. Что, если это старые фотографии? Сделанные несколько месяцев назад. А эта Олеся — просто помешанная на нем фанатка.

Но а как же ее фраза про готовящийся сюрприз на День города? Это совсем скоро.

«Всего одна фотосессия, где мы изображаем пару, и она ведет себя так, будто мы встречаемся» — так Адам сказал друзьям. Потом они спросили, сколько раз он с ней спал.

Значит, он продолжает поддерживать с ней отношения. И довольно интимные, судя по фото и ее комментариям.

Дурацкие слезы застилают глаза. Я быстро вытираю их тыльной стороной руки.

Зачем ему быть таким милым со мной? Так искренне смотреть.

Для него это игра? Я первая девушка, которая сразу не отдалась ему и даже не позволила себя поцеловать, и для него вызов — затащить меня в постель?

С раздражением отшвыриваю от себя телефон. С громким стуком он шлепается на стол. Потом хватаю его снова и убираю в сумку. С силой и раздражением застегиваю молнию. И замечаю, что моя рука дрожит.

Я не буду ждать, как дурочка его милых СМС. И не пойду с ним на свидание.

Кстати, сегодня он за весь день не отправил мне ни одного. Видимо был очень занят с другой девушкой и ему было неудобно писать мне.

Вся эта ситуация приводит меня в бешенство.

Хорошо, что мама уже ушла. От нее не укрылось бы мое состояние. В офисе только секретарь и редактор сидят. Слезы льются, и я прячу лицо за монитором.

Адам говорил, что заедет в шесть. Не хочу столкнуться с ним. Выхожу пораньше. Без десяти.

Спускаюсь в холл и пока иду к стеклянным дверям, которые открываются автоматически, в этот момент перед входом останавливается байк.

Почему он здесь так рано?

Застываю посреди холла, не зная, куда деваться.

Он слезает и снимает шлем. Замечает меня. Я бегу обратно к лифту. Нажимаю как сумасшедшая на кнопку много раз.

Вот черт! Уже кто-то вызвал его на десятый этаж.

Адам вбегает в офисное здание.

— Вера! — зовет меня. — Вера, что случилось?

Я не смотрю на него и дергаюсь к двери, ведущей на лестницу. Он догоняет меня, берет под локоть и разворачивает.