Книга Год дурака, страница 4 – Литтмегалина

Вернувшись к своему месту, я заметила на полу скомканный листок и наклонилась, чтобы бросить его в корзину для бумаг. Раздался странный треск, и затем мою спину овеяло потоком прохладного воздуха от кондиционера.

К счастью, Диана соображала быстро. Она схватила меня и поволокла к туалету, где втолкнула в узкую кабинку и процедила:

— Сколько раз повторять, надевая одежду меньшего размера, сама меньше не становишься!

От ужаса с меня полились потоки холодного пота, и ткань под мышками быстро намокла.

— Оно порвалось?! Оно испортилось?

— Нет, просто молния разошлась.

— Ну, так почини ее!

— Она застряла и с места не двигается. Как ты вообще умудрилась втиснуться в платье сорок второго размера?

— Дергай сильнее! Не могу же я ходить по офису с голой спиной!

— Тут и задницу немного видно, – сказала добрая Диана. – Все, додергались. Молния сломалась. Но ты не переживай, вошьешь новую молнию, а потом подаришь эту шмотку какой-нибудь пятикласснице – глядишь, подойдет по размеру.

Я захныкала.

— Сейчас-то мне что делать?

— Секунду, – Диана исчезла, оставив меня в одиночестве, туалете и ужасе, и вернулась с иголкой и ниткой. – Повернись ко мне спиной.

— Ай-яй! – взвизгнула я, когда она ткнула меня иглой. – Больно!

— Ну прости, я впервые этим занимаюсь, – буркнула Диана.

Ее одежду латают ее японские слуги, не иначе.

— Вообще?

— В смысле, с другой женщиной. Да еще и в туалете.

— Не тыкай так грубо!

— Если хочешь нежности, это не ко мне.

Кто-то кашлянул за тонкой перегородкой.

Вывалившись наружу, мы увидели нашу пожилую бухгалтершу, одетую в зеленый, диванной раскраски костюм. Сквозь толстые стекла очков она взирала на нас с явным осуждением. Диана и ухом не повела, удаляясь величаво, как крейсер. Что-то пробормотав, я бросилась прочь.

Казалось бы, мне еще долго выплакивать мой позор, но на столе меня ждала записка, извещающая, что меня ожидает Ярослав Борисович, и меня зашвырнуло в эйфорию, потом в панику, потом снова в эйфорию.

— Полегче, – покосилась на меня Диана. – У тебя дым из ушей пошел.

Если бы Диана могла понять! Я была обречена на неразделенную страсть к Ярославу Борисовичу со дня собеседования на должность, когда, наконец приглашенная в кабинет после часа ожидания под дверью, впервые остолбенела под взглядом серых, как осеннее море, холодных глаз… Заурядные имя и отчество не были достойны его внешности. Это был невероятно красивый мужчина. Подобно солнцу, он затмевал все остальные звезды. Брэд Питт, Орландо Блум и Леонардо Ди Каприо рядом с ним выглядели бы как дешевые китайские подделки. Солнцеликий равнодушно глянул на меня, задал несколько вопросов, почти не слушая ответов, и резюмировал: «Против вашей кандидатуры у меня возражений нет». К тому моменту я уже была согласна на все, что касается его кандидатуры. Мысленно я сразу начала называть его Роланд и не могла даже представить, что мама этого человека обращается к нему, например, Ярик.

И вот сегодня, в мой день рождения, он вдруг вызывает меня… С гулко стучащим сердцем я достала из сумки зеркальце и посмотрела на себя. Поправила свои каштановые волосы, привычно сокрушаясь, что не родилась эффектной блондинкой (хотя сколько из них такими родились?). Припудрила нос. Эх, помаду всю съела, срочно обновить! Наткнувшись в сумке на невскрытый тюбик ярко-красной, которую приобрела давным-давно, когда «Гламур» сказал, что это в моде, я, расхорохорившись, намазала ею губы.