Книга Год дурака, страница 176 – Литтмегалина

— Сто процентов.

— В данный момент мы налаживаем сотрудничество с одной немецкой компанией, специфика которой в том, что…

И покатилось. Он как будто всю жизнь надеялся отыскать психопатку, которая согласится его выслушать. Я просто тонула в этом потоке слов.

— Специализированные медицинские выставки имеют большое значение, но необходимо учесть российскую действительность…

— В рамках реализации их стратегической концепции…

— Их намерение популяризировать гомотоксикологию похвально, но…

— Всем известно, что важным фактором профессионального подхода к внедрению в широкую медицинскую практику новых препаратов является…

Моя голова тяжелела и опускалась все ниже, пока я почти не коснулась губами затылка Роланда.

— София, вы спите, – донесся до меня голос Роланда откуда-то издалека.

— Разве? – обнаружив себя лежащей на диване, я посмотрела на возвышающегося надо мной Роланда.

— Уже одиннадцать. И я разбудил вас, чтобы мы легли спать.

Ночью меня пробудило его прикосновение к моему плечу.

— Да? – промычала я.

— София, – он произнес мое имя робко и неуверенно, отчего моя голова сразу прояснилась, а сердце замерло – наконец-то. – София… я все думаю о ртути в гостиной… Как вы считаете, мы умрем?

— Оно и к лучшему, – пробормотала я, зарываясь лицом в подушку.

К пятнице я ощущала, что любая египетская мумия по сексуальной привлекательности опережает меня на сто очков – хотя бы своей усохшей стройностью. С утра из зеркала на меня посмотрели усталые, тусклые глаза. Если физически я не заболела, то психологически точно.

По пути на работу Юра все время шутил, пытаясь меня подбодрить. Посторонний человек проявляет ко мне сочувствие, тогда как потенциальный муж знай себе копается дни напролет в бумажках, как самая запаршивевшая свинья в самой смердящей луже! Снег растаял окончательно, сменившись липкой грязью, с утра обледенелой и скользкой.

В офисе Диана посмотрела на меня и молча насыпала мне на ладонь желтые шарики аскорбиновой кислоты.

«Все или ничего», – твердила я себе вечером, одна в ледяном дворце Роланда. Удастся ли мне помириться с Эриком, если я вернусь обратно в свою квартиру? Это будет непросто, я полагаю. Но пока я не должна отчаиваться с Роландом.

Поскольку драконы и вино не помогли, доведенная до крайности, я решила применить что-нибудь менее изящное. Например, мои сиськи.

Наполнив ванну водой, я села в нее и начала ждать. Роланд задерживался. Вода остыла, пришлось добавить горячей. Наконец, когда моя кожа уже совсем сморщилась, я услышала хлопок двери. Роланд! В последний момент проверяя все ли в порядке, я провела по ногам, ощутила пару торчащих волосков и, схватив первую попавшуюся бритву, ликвидировала этот недостаток.

— Ярослав Борисович! – высунулась я за дверь. – Вы не могли бы помочь мне?

— Пожалуй, – неохотно согласился он, снимая пиджак.

Он вошел в ванную, совершенно равнодушный к моей наготе, как будто только что вернулся с массовой оргии свингеров. «Хотя бы изобразил интерес», – обиделась я.

— Потрите мне спину, пожалуйста, – я протянула ему губку и развернулась, надеясь, что ягодицы привлекают его больше грудей. Приподняла волосы, открывая шею. Я была так страшно зла, что не могла даже стесняться.

Роланд коснулся моего плеча губкой и нерешительно замер. Ох, ладно. Не рассуждает об особенностях работы с немецкими фармацевтическими компаниями, и то хорошо.