Книга Морион, страница 81 – Литтмегалина

Понимая, что тело остывает, я позвонила в полицию и сообщила об ограблении и убийстве. После этого я взяла отвертку и вышла на крыльцо с намереньем расковырять замок, как будто он был взломан снаружи. И увидела снег. Проклятый снег, который добавил мне новых проблем. Я стояла там и дрожала, глядя на него. В один момент мне казалось, что снегопад усиливается, а в следующий – что вот-вот прекратится. Я понятия не имела, в какое время все это началось. Сквозь плотно занавешенные окна спальни я не могла увидеть, что происходит снаружи, а потом мне стало не до того, чтобы обратить внимание на изменение погоды. Все, что я помнила – в начале десятого, когда я выпила стакан молока на ночь, стоя возле окна в кухне, снег еще не шел.

Я догадывалась, что у полиции будет возможность разузнать, когда конкретно начался снегопад. Так какое время смерти я должна им назвать, чтобы мои показания не вступили в противоречие с результатами судмедэкспертизы? После выстрела в Хевига в какой-то момент я бросила взгляд на часы. Они указывали 22:38. Если снег уже падал к тому моменту, он должен был запечатлеть следы нападавшего и протекторы его машины на подъездной дороге – и их отсутствие делало мою ложь очевидной. Или же мне повезло, и снег пошел уже после того, как я выстрелила в Хевига? Я была в полной растерянности. Лучшее, что я смогла придумать – сослаться на помутнение рассудка и не говорить полиции ничего конкретного, в надежде, что разница между временем начала снегопада и временем смерти окажется так незначительна, что это не привлечет внимания следователей.

Теперь мне оставалось как-то скрыть признаки стрельбы в спальне. Я сместила картину с каллой, прикрывая дыру в стене, и перевесила парную ей с лотосом, чтобы они висели симметрично. Затем задумалась, что делать с лишней гильзой. Проклятый снег лишил меня возможности выйти из дома и избавиться от нее – ведь я оставила бы следы. Какое-то время я обдумывала возможность смыть гильзу в унитаз. В детективных рассказах такой способ избавления от улик упоминался нередко, и на месте полиции я бы сразу подумала об этом. Я не имела представления об устройстве канализационной системы. Что, если гильза останется где-нибудь на изгибе трубы и будет там обнаружена?

В итоге я решила просто положить гильзу в ведро, где хранились все остальные. Маркируя патроны, мой отец использовал оранжевые яркие ценники с липкой поверхностью, такие же, как в его магазине, но у Хевига был другой способ, менее очевидный. Разница между синей и черной маркировкой просто не бросилась мне в глаза – как ты верно предположил, в желтом электрическом освещении синий и черный выглядели почти идентично. Будь я в лучшем состоянии, я бы вспомнила, что экспансивные пули запрещено использовать в заповеднике – такие патроны Хевиг распаковал специально для меня, – тут Морион криво усмехнулась. – Следовательно, аналогичных гильз просто не могло быть в ведерке. Но я нервничала и сильно торопилась, и мысль об этом не пришла мне в голову.

По тому же принципу я спрятала футболку со следами пороха, которая была на мне в момент убийства. Просто бросила ее на дно шкафа в прихожей, рядом с другой похожей, которую он держал специально для возни с оружием или прочей грязной работы. Вещи меньше бросаются в глаза, когда лежат на своем обычном месте.