Книга Морион, страница 70 – Литтмегалина

— Вы сможете воспроизвести содержание тех записок? Это может оказаться очень важным.

Альгая задумалась.

— Пожалуй, я могла бы просто отдать их вам. Если вы составите официальный акт о передаче и пообещаете больше меня с этим не тревожить.

— Они сохранились? – поразился Айла.

— Конечно, я сохранила их. А вдруг бы все-таки возникли сомнения, что это самоубийство? Что-то мне подсказывало, что с расспросами о старом пердуне ко мне еще придут. Так и получилось. Подождите, я принесу.

— Хорошо. А я пока сбегаю к машине за фотокамерой и официальными бланками.

Альгая вернулась с черным пластиковым пакетом для мусора, замотанным скотчем, и, брезгливо удерживая двумя пальцами, передала его Айле. Айла составил документ, подтверждающий получение, сделал фотографии свертка, затем вскрыл пакет. Быстро просмотрел пару записок, написанных корявым мало разборчивым почерком со строками, уныло сползающими вниз. «Куница! Ты столкнула мою жизнь в помойную яму, Куница!» И далее в таком же духе. Велеречивый мизантропский бред.

— Лучше бы он просто бранился.

— О чем я и говорю.

Сердечно попрощавшись с Альгаей, Айла перешел в прихожую, чтобы надеть свою куртку и обуться. Чувствуя на себе пристальный взгляд старушки, он осведомился:

— Что-то еще?

— У вас большие ступни. И кисти рук. Я слышала, что если размеры этих частей тела превышают средние, то и….

Айла зажмурил глаза на секунду, прячась от чувства неловкости.

— Я не знаю. Я не сравнивал свой с чужими.

— Какая жалость. Осторожнее на дороге. Там опять снег.

— Привет, – Морион вышла из спальни и посмотрела на него настороженно, как дикий олененок. Видимо, она уже легла в постель, потому что из одежды на ней была только старая серая майка Айлы с полустертым изображением двух перекрещенных мечей.

— Привет, – Айла посмотрел на босые ступни Морион и затем улыбнулся ей, но Морион не ответила, погруженная в собственные мысли.

— Ты задержался. Почти час ночи.

— На моей работе никогда не знаешь, когда закончится рабочий день.

— И каков был самый длинный?

— Двадцать шесть часов. Прости, что заставил волноваться.

— Да ничего.

— Твои папа и мама просили тебя позвонить. Они беспокоятся.

— Ты виделся с ними?

— Да, у меня был день знакомства с родителями. Свяжись с ними, – Айла вытащил из кармана свой мобильный и протянул его Морион. – Я сохранил их номера в списке контактов. Найдешь.

Морион мотнула головой.

— Утром.

— Нет, сейчас. Если ты не хочешь, чтобы твой отец ввалился к нам среди ночи с ружьем наперевес. Есть вероятность, что он уже где-то поблизости.

— Хорошо, я это сделаю, – Морион покорно протянула руку за телефоном.

Айлу поразило, что она так легко согласилась. Чем дольше он смотрел на нее, тем больше проникался ощущением, что с ней что-то не так. Она казалась отчужденной и вялой.

— Ты голоден?

— Так бы тебя и съел.

— Я серьезно.

— Я тоже.

Айла попытался поцеловать ее, но Морион ускользнула в кухню.

— Я разогрею ужин и поговорю с родителями. А ты пока можешь принять душ.

После душа Айла сразу направился в кухню. И первое, на что он обратил внимание: бутылка вина на столе, опустошенная на две трети. Бросив взгляд на Морион, он заметил в ее лице что-то странное – некая готовность, как у пловца перед прыжком с вышки.

— Ты пьяна?