Книга Игра Бродяг, страница 187 – Литтмегалина

— Дом бога, — произнес Вогт с благоговением. Его слова повторило эхо.

— Храм пытались уничтожить, однако что-то заставило их остановиться. Впрочем, какая разница. От бога только и осталось, что этот храм да имя, которое, по слухам, еще кто-то да помнит. Он сам мертв.

— Никто не мертв, пока помнят его имя, — возразил Вогт.

Рваное Лицо нахмурился.

— Я полагаю, для нас было бы лучше, если б он был мертв. Все его статуи разрушены. Его изображения стерты, видишь? — Рваное Лицо указал на широкую колонну. Она была выточена из гладкого, бледно-зеленого камня, не похожего на тот грубый, серый и шероховатый, что являлся основным строительным материалом в Торикине. Изображение на колонне было сбито, оставив изъязвления и сколы. — Это невероятно твердый камень. Им пришлось помучиться, соскребая бога с колонны. Храм был построен сотни лет назад. Интересно, где древние строители брали этот материал. Я больше нигде такого не видел.

— Должно быть, они привозили его издалека, — предположил Вогт.

— Возможно. Столько усилий — и ради чего.

— Они любили бога и хотели подарить ему красивый дом. Разве это не обычное дело — стараться ради любимых?

Враждебный взгляд Рваного Лица лишь на мгновение коснулся глаз Вогта.

— А где твой дом?

— Нигде. Я бродяга.

— Бог — бродяга?

Вогтоус не знал, что ответить на это, ну или просто не хотел отвечать. Он медленно прошел к центру зала, где некогда располагалась статуя, а теперь находились ее обломки. Как же они ненавидели бога, если разбили его каменный образ на такие мелкие осколки…

— Зачем, зачем они убили его? — спросил он грустно.

Рваное Лицо осклабился.

— Наверное, он не хотел помогать им больше, — его голос дрогнул. — Я не могу здесь находиться. Это место… оно меня не принимает.

— А мне здесь нравится.

— Так это тебе.

Вогт заметил, что Рваное Лицо рассматривает осколки статуи, но при этом держится от них на расстоянии. Вогт наблюдал за ним, сдвинув брови. Рваное Лицо вздрогнул, как будто вышел из глубокой задумчивости, и развернулся к выходу.

— Ты опять вознамерился сбежать от меня? — осведомился Вогт. — Как в прошлый раз.

Рваное Лицо усмехнулся.

— Не раньше, чем ты ответишь на мой вопрос, Кролик, пока еще способен это сделать.

— Какой вопрос?

— Ты так боялся утратить свое имя. Это случилось?

— Нет. Оно все еще со мной, сейчас. Я бы не отказался от имени только потому, что ты приказал мне.

— Так «Кролик» твое настоящее имя? — Рваное Лицо слегка развеселился.

— Да, Кроллик. Крол-лик.

Рваное Лицо рассмеялся.

— Кроллик, — немного обиженно повторил Вогт. — Ветелий был роанцем и дал мне роанское имя, хотя для нашего языка оно может звучать немного необычно. Я Вогтоус Кроллик, — сказал он гордо. — Разве это смешно? — спросил он и рассмеялся сам. Он очень серьезно относился к своему имени, но был рад тому, что Рваное Лицо смеется.

Однако уже в следующий момент покрытое шрамами лицо вновь посуровело.

— Слушай, тебя ищут, причем очень активно. Стражники и солдаты наводнили город. И если бы только они представляли для тебя опасность… За твою голову объявили награду. Любой прохожий поспешит сдать тебя, несмотря на то изумительное развлечение, которое ты предоставил публике на суде. Уясни ты, наконец: в этом городе у тебя нет друзей.

— Так я уже двоих встретил.