Книга Связи, страница 74 – Литтмегалина

Октавиус достал из кармана жилета блистер и съел сразу четыре таблетки, не запивая. Чтобы успокоить себя, он попытался представить улыбку жены, или двухлетнего внука, поедающего вишневый пирог, вымазываясь по уши, или уютное плетеное кресло на веранде его дома. Но ничего не представлялось, и в голове пульсировало: Дьобулус умирает. Оставляя его без ближайшего друга и их всех без защиты.

Дьобулус даже не заметил, когда машина остановилась, лежа все в том же даже с виду некомфортном положении.

— Мы приехали, – Октавиус вытащил Дьобулуса наружу. – Илия, возьми его под другую руку.

— Я сам, – отпихнув их, Дьобулус пошатнулся, отыскивая равновесие. – Я восстановился. Я в порядке.

Октавиус посмотрел на него с глубочайшим сомнением.

— Войдя в здание в таком виде, ты перепугаешь всех до смерти, Дьобулус, – напомнил Илия.

Он достал из машины бутылку минеральной воды и прямо на парковке они отмыли Дьобулуса, как могли. Октавиус снял свой жилет и помог Дьобулусу надеть его вместо сюртука, прикрывая окровавленную рубашку. «К счастью, жилет черный», – отметили все трое. Продолжающая выступать кровь будет менее заметна.

До здания Дьобулус дошел сам. Илия и Октавиус шли рядом, готовые поймать, если он начнет падать.

Прежде, чем приблизиться к остальным, ожидающим снаружи, Октавиус потянул Дьобулуса за рукав.

— Пока ты еще жив, ответь: из трех твоих детей, хотя бы Лисица является твоей биологической дочерью?

— Никогда не задавался этим вопросом.

[22:53, воскресенье. Аллея к зданию СЛ]

Ключ от здания находился у Илии, так что им пришлось ждать снаружи.

Если бы с тоски умирали, Джулиус так бы и сделал. Но он не мог, поэтому просто сидел на лавочке неподалеку от входа в здание СЛ, ожидая остальных. Сверху на него лил меланхоличный свет уличный фонарь. Было около одиннадцати вечера. Они провели предыдущую ночь без сна, а теперь подступала следующая. Тем не менее у Лисицы и Бинидиктуса все еще хватало сил спорить.

— Это совершенно нелогично, Лисица, ну подумай, ты же адвокат. Твой брат несчастлив в браке, поэтому у тебя тоже не сложится. Это звучит как «моя собака писает на улице, поэтому я тоже писаю на улице».

— Ты не понимаешь. Мы с ним ужасно похожи.

— Ты похожа на бисексуального наркомана в завязке, пишущего порно-романы, не более, чем на любого другого человека в мире. Он тебе даже не кровный брат…

Лисица застучала зубами.

— Как же холодно.

— Хочешь, я обниму тебя для согрева?

— Лучше обними Джулиуса.

Джулиус обхватил голову руками.

— Просто оставьте, оставьте меня в покое.

Бинидиктус дернул Лисицу за рукав:

— Они идут.

Лисица оглянулась, нащупала взглядом отца и оцепенела. Она и раньше замечала, что с отцом творится что-то неладное. Сейчас же его тяжелая походка и повисшие плечи привели ее в ужас.

— Папа…

— Прекрати это. Даже если я немного не в порядке, это не повод гарцевать вокруг, – Дьобулус отстранил ее от себя с такой категоричностью, что Лисица послушалась и просто пошла рядом, больше не пытаясь поддержать его. – И избавь меня от лишних вопросов.

Они вошли в здание. По пути Илия заскочил в кабинет начальника охраны взглянуть на монитор. Этта был с ними. Все слишком устали, чтобы продолжать тревожиться по этому поводу.

— Что вы узнали? – спросил Бинидиктус.