Книга Связи, страница 55 – Литтмегалина

— Я второй час пытаюсь привести тебя в чувство. Я даже подумал, что перестарался с дозировкой и таки отправил тебя к праотцам… Рубашка в подмышках до сих пор мокрая после перенесенного стресса, – признался Октавиус. – Я как раз размышлял, что вот мне подфартило – прикончил не только лучшего друга, но одновременно еще и ключевую фигуру в расследовании, как вдруг услышал твое сладкое сопение. Ты просто уснул! Очень крепко. Нашел время для релакса.

— Мне было с чего утомиться. Ты провел меня сквозь череду психологических пыток.

— Я не виноват, что ты начал каскадно галлюционировать с места в карьер. Тебе давно следовало заняться своим психическим состоянием. Оно сильно так себе.

— Только с тобой, мой друг.

— Я старый, оставшейся мне жизни не хватит, чтобы разобрать твои проблемы. Что ж, по итогам нашего протяженного психотического трипа могу резюмировать, что рисуешь ты и правда паршиво. Большинство карточек не идентифицируемы. Но вот эти три меня заинтересовали, – Октавиус раскрыл карточки веером.

— Подожди, эти карточки существовали на самом деле? – поразился Дьобулус. – Ты не мог просто показать их мне?

— Если бы все было так просто, все не было бы так сложно, Дьобулус. Взгляни.

К изображенному на карточке кругу была подрисована вертикальная линия.

— Хм… – протянул Дьобулус. – Когда ты держишь карточку так, выглядит как леденец на палочке. А если перевернешь, получается… петля.

— Если бы у Киношника были суицидальные мотивы, то, наверное, за такое количество лет они бы проявились, – кисло заметил Октавиус. – Или это он намекает, что нам конец?

Дьобулус стиснул зубы.

— Жаль, наши силы несопоставимы и я не могу внушить ему желание отрезать себе член, чтобы он умер от потери крови.

— Бедренная артерия кажется более надежным вариантом. Целишь в верхнюю часть бедра, с внутренней стороны. Удобно бить снизу, когда тебя уже повалили на землю. Кровь хлынет фонтаном. Несколько минут – и противник мертв.

— Ты явно уже думал об этом, маньячный докторишка. И мое бедное, бессознательное, беззащитное тело лежало перед тобой…

— Избавь меня от твоих извращенных фантазий, Дьобулус. В Льеде было много опасных районов, пока ты их не расчистил. С бурных студенческих лет и до сих пор по привычке ношу с собой скальпель, – Октавиус похлопал себя по нагрудному карману жилета. – Продолжим. Вот эти две карточки. Что это за безобразные каракули?

— Это я так пишу «1» и «2».

— То есть это две части одной картинки? Как ее соединить? Вот так? – Октавиус свел карточки вместе. – Звезду ты оставил как есть. А вот эта блюющая комета, это что?

— Твой вариант так хорош, что мне и предложить нечего, – Дьобулусу наконец удалось приподняться и сесть. – Но вообще это хвост, как у петуха. Вот и клюв.

— Петух и звезда. Что это может значить?

— Понятия не имею.

— Петух и звезда… – рассеянно повторил Октавиус и вдруг резко поменялся в лице. – Сейчас ты встанешь и пойдешь со мной.

— Легко сказать, встанешь. Дай мне руку. Я ужасно ослаб.

Октавиус нахмурился.

— Это не от лекарств. Как твой демон?

— Замер. Наслаждается моей агонией. Сколько времени?

— Четыре.

Дьобулус присвистнул.

— Однако. Есть новости от отважной троицы в Ийдрике?

— Пока нет. Надеюсь, они не переубивали друг друга еще в вертолете.